Оборотень прыгнул к ней, зарычал над лицом. Из его зловонной пасти вылетела слюна. Когти вонзились в плечо, переворачивая её. Внутри головы что-то будто начало рваться, когда к этой грязной страшной пасти приблизились её пальцы.
Хрум.
Боль затопила её, перекрыв дыхание и вопль. Что-то выпрыгнуло изнутри так, будто сама душа покинула тело.
Оборотень прыгнул следом.
— Как ты смогла разбудить Лихо?!
— Ты откусил мизинец!
Они стояли друг напротив друга. Алёна сжимала окровавленную ладонь, Рс — кулаки. Клочок глупой нечисти в них ещё пытался вырваться.
— Какого чёрта ты вообще делаешь тут, ещё посреди полнолуния?! — прошипел он, — глупая слабая девчонка, как ты подцепила эту заразу?
Ему казалось, что из ушей идёт пар — настолько он был зол. Игры с Лихом — прямой путь на тот свет. Точнее, ухабистый и полный неудач, но итог всё тот же.
— Ты откусил мне палец!
— Я откусил тебе Лихо, лгунья. Смотри сама!
Алёна с раздражением подняла руку, чтоб показать… и в шоке уставилась на живой и невредимый мизинец. Рядом с ним, сбоку, алела грубая рана. Ей и правда откусили палец, но… но там не было, не могло быть пальца.
— Лихо… лишний… у меня было шесть пальцев? — глухо спросила она.
— Спасибо, хоть что-то мне не пришлось объяснять, — Рс присел рядом и внимательно рассмотрел укус, — я всё же затронул твою плоть. Неприемлемо.
Он помог подняться Алёне на ноги и уже полностью осмотрел. Грязная, побитая — Лихо неплохо покатало её по лесу. Фыркнув и раздавив нечисть до конца, Рс попытался стряхнуть её с лап. Шерсть липла, и он потянулся к воде.
— Я теперь… стану оборотнем? — сглотнула Алёна.
Оборотень недовольно глянул назад. Но тут же отвернулся. «Лихо не просто так взяло девчонку, » — подумал он.
— Как только в тебе заговорит жажда силы, — вдруг неестественно мягко сказал Рс. Интонации совершенно не сходились со словами. Алёне даже показалось, что она просто не расслышала. — Идём назад. И да, — он поднялся и свысока посмотрел на неё. Волчья пасть стремительно уступала человеческому лицу, — я знаю, что ты пытаешься сделать. Но и ты знай. Знай, что обрекаешь всякого, пошедшего по пути твоего венка, на верную смерть.
Алёна замерла. Стеклянными глазами она уставилась на ручей. Подбородок упал на грудь — она поняла.
*** — Заметай следы с доро-оги, Что оста-авил злой ямщик. Он увё-оз в страну далё-оку Призрако-ом мою мечту…
Алёна сидела на краю кровати. Вчера почти получилось… или нет? Что, если тот ручей не вёл в деревню? Отсюда не видно и не слышно её. Возможно, ручей мог вести в самую чащу леса, а возможно, и домой…
Стоило сначала взобраться повыше на гору, чтоб увидеть хоть что-то. Но как? Холмики, по которым они лазили ребятнёй, и близко не стоят с горой. Алёна была уверена, что сломает себе шею, если попробует на неё залезть.
— Подойди, — попросил Рс. Он опять был за столом. На нём были разложены чертежи, больше похожие на рисунки, — знаешь, что это? — Алёна помотала головой. Рс прикрыл глаза. — Ну и ну. Карта: бумага, на которой отмечены места. Мой дом, — он указал на крест с треугольником сверху, — места, куда ты можешь идти не опасаясь, — тонкий пунктир, неровно окружающий крест, — чужие дома и территории, — другой, толстый пунктир и красные точки, — чаща леса, куда я не советую ходить, — заштрихованный неровный овал совсем возле тонкого пунктира и даже заходящий за него, — ручьи и реки, — длинные жирные линии, проходящие практически через всю «карту», — твоя деревня, — десяток «домиков» за чащей. Сердце девушки на секунду замерло, перехватило дыхание, — даже не смей думать. Если я захочу, чтоб ты нашла путь домой, я сам тебя сопровожу. В чаще много бесов, хищников. Там охота, непроходимый бурелом. Эта карта, к тому же, совершенно неточная, но её хватит, чтоб ты поняла, где можно ходить, а где нет. И да… она твоя.
— Моя? — всё ещё в изумлении спросила Алёна. Она не отводила взгляд от косых домиков.
— Бери любой карандаш и делай на ней пометки: ягод, грибниц, травок, — чего хочешь. Запоминай, что и как обозначаешь, чтоб потом было легче найти.
Он сжал в её руке карандаш и уже свёрнутую бумагу. Алёна не верила своему счастью.
— Я ещё раз повторяю, поросёнок: это не твой путь домой, а зона выживания. Уже забыла вчерашнее Лихо? Посмотри, ты ранена, ты не оборотень. Как залижешь раны и избежишь других?
Алёна поднесла ладонь к лицу. Вчерашний укус застилала кровяная корка. Под ней была грязь и гной.