— Вербовщик что-то говорил про Зада Бан. — крикнул кто-то из ворка. Знакомое название, но память меня подводит. Да и фиг с ней, главное, сколько нам в этой консервной банке парится.
— Далеко это от Хештока?
— Да кто ж его знает. — Пожали плечами ближайшие из ворка.
Я заметил, что большинство уже успокоилось и не так сильно бултыхалось в невесомости, половина точно застыла в том положении, что их застали мои слова и теперь слушали внимательно.
— Так! — сказал я, собираясь с мыслями. — Для «Кровавой Стаи» мы скот, надеюсь, вы уже поняли это. Иначе нас везли бы в более комфортных условиях. А значит, наше выживание зависит от нас самих. Пятерых мы уже потеряли. — Я указал пальцем на плавающие трупы. — Думаю, что никто не хочет оказаться на их месте.
Все замотали головами, особенно те, сто сломанными руками и ногами.
— Поэтому при посадке мы будем держаться подальше друг от друга и образуем несколько рассредоточенных групп, — я показал пальцами кольцо. — Когда нас будет швырять друг на друга, а корабль по любому будет колбасить не по-детски, мы сможем выдержать удары, если крепко будем держаться хотя бы парами. Но об этом позже, сейчас надо позаботиться о раненых.
— Зачем? — спросил кто-то.
— Как это зачем? — не понял я.
— Они не из нашего клана. — Заявил смутьян.
— Слушай, садовая голова, сейчас мы все сидим в одной тесной лодке и вы, мать вашу, вступили в «Кровавую Стаю», где вы все являетесь братьями. И что, ты не хочешь помочь своему ближнему? А если он припомнит тебе это в бою, когда от его действий будет зависеть твоя жизнь? Так что отставить расизм, наши шансы выжить возрастут, если мы будем помогать друг другу, а не пререкаться.
— Так рука сама заживет. — Пояснил этот ворка.
Я вспомнил про регенерацию слишком поздно, но отступать уже было не куда.
— А если она срастется не так? — кажется, я нашел нужные слова, — хромой и косорукий боец «Стае» не нужен, так что взяли, что есть под руками и наложили шину. Вот как это делается.
Я отобрал дубину у Грокка, который так и не выпустил ее из рук, но сейчас, впечатленный моей речью, а может быть, просто переваривающий ее, смысл до этого лба доходил хорошо если через час, и направился к ближайшему раненому, выпрямил его руку, отчего тот заорал еще громче.
— Терпи, казак, атаманом будешь. — Приговаривал я, фиксируя руку своим поясом для стреломета. — Вот так. Пока не снимай, походишь так несколько дней. Все всё поняли? Делаем как я.
Пока остальные ворка пытались помочь пострадавшим (надо сказать, что услышавших мои слова было меньшинство и где-то восемь разумных возились с ранеными) я подлетел к Тарше, которая уже вернулась в норму и блестела серенькой кожей.
— В этой толпе есть более-менее умные ворка? А то, я чувствую, с этими тупорезами каши не сваришь.
Тарша помотала головой и еле вымолвила.
— Сейчас… только приду в норму… все еще мутит.
— От запаха или от невесомости?
— От всего.
— Ладно, пока окажу помощь раненым.
Я выправил несколько рук и ног и зафиксировал их, после чего облетел трюм в поисках хотя бы небольшого слухового окна для связи с пилотами, но ничего такого не нашел. Ну и ладно. Единственное теперь — это ждать. Опять же как там дела у нас с едой? Если нечего будет жрать, то придется есть эти трупы, иначе не выжить. К тому же, я думаю, все это сделано специально — чтобы сломать аборигенов, вытравить из них все доброе, превратить в машину-убийцу, которой все равно в кого стрелять. Значит, подготовка начинается уже здесь, на корабле. Выживает сильнейший, так, господа кроганы? Ну, ну, посмотрим, как вы удивитесь, когда большая часть из нас выживет.
Тарша поводила носом и как будто принюхалась, я заметил ее поведение и вернулся назад.
— Те, кто помогает раненым очень хотят выжить и они умнее остальных. — Сказала девушка. — Это бывшие коробейники или те, кто им помогал, одиночки, изгнанные из клана, один из них неинициированный Ведун. Я думаю, он почувствовал меня — вон как зыркает. Среди раненых еще пятеро довольно сообразительных, среди той группы, — она указала пальцем на остальных, которые не бросились помогать раненым, а болтались отдельно, — еще семь. Остальные просто бандиты, воины или землепашцы, в общем не туда и не сюда. Эти как стадо — пойдут за тем, кто пряником поманит. Так что, если хочешь опереться на кого-то, то надо привлечь к себе разумных.