Глава 6
Кто сказал, что смерть — это плохо? Кто сказал, что смерть — это страшно? Страшно, когда твое тело выкручивается, как морской канат, в жилах кипит кровь расплавленным свинцом, обжигая немыслимой болью, голова пульсирует так, что блевать уже нечем, и кажется вот-вот, и из тебя полезут внутренности наружу. Вот это плохо, а смерть в такие моменты жизни — хорошо. Очень хорошо. Она желанна, как глоток воды в бескрайней пустыне, как самая прелестная дева в лунную ночь, как первый вздох при рождении… Гриня не кричал. На крик не осталось сил. Лишь хрипя изгибался он и бился о землю, роняя розовую пену изо рта. Глаза его закатились, являя миру покрасневшие белки, цвет кожи изменился, став серым, как пепел, такими же стали и волосы.
— Давай! — раздался ломающийся голос подростка. Дверь в глухое подвальное помещение без единого, даже малого, оконца ненадолго распахнулась, и на тело Грини плеснули водой сразу из нескольких ведер.
— Еще! — скомандовал все тот же голос.
И новая порция воды обрушилась на уже притихшего мужчину. Четыре пары внимательных глаз напряженно наблюдали за ним сквозь небольшую прорезь в толстой деревянной двери. Гриня застонал. Крупная дрожь била все тело. Он перевернулся на бок, и медленно подтянув колени к груди, еле слышно произнес:
— Еще…
Подобные приступы накрывали Гриню не в первый раз, но страшнее было то, что им предшествует — необузданная жажда крови, ярость, желание крушить и убивать. Это безумие закрывало пеленой его разум, превращая человека в кровожадную тварь, несущую на своем пути лишь хаос и погибель. В его тело словно вселялся демон, делая свой аватар неимоверно сильным, быстрым и нечувствительным к боли. Не различая лиц, не узнавая никого, он бросался на жертв с одной целью — убить. Так погибли Косой, Сабир, и еще трое ребят из банды Алтая. А до них несколько человек из бойцовского клуба, в том числе и присланная Хозяином девчонка с новой порцией снадобья. С нее то и началось кровавое побоище. Вырвавшись на ночные улицы Николота, он понесся, не разбирая дороги. Пару случайных прохожих, попавших на глаза обезумевшему Грине, также распрощались с жизнями. Демон покинул тело столь же неожиданно, как и пришел, и на место сверх силы пришла сверх боль — столь же безумная и мучительная, как и жажда убивать. Гриня проклинал Хозяина, день встречи с Вильямом, день своего рождения, и молил о собственной смерти. Но она все не приходила. А после разговора с Кардиналом она и вовсе стала запретным плодом искушения.
— Гриня, ты меня слышишь? — позвал голос подростка.
— Да… Я в порядке. Входите, — ответил тот сквозь зубы, пытаясь справиться с дрожью.
Чернявый паренек махнул рукой, и в помещение вошли два пацана, внося огромное корыто. В него налили воду и помогли мужчине туда полностью погрузиться. Цвет кожи постепенно светлел, глаза вернулись на прежнее место. Только волосы оставались серого, скорее, стального цвета и белки глаз красными. По воде шла мелкая рябь — это все еще дрожало тело Грини.
— Вовремя ты очухался, — невесело произнес парень. — Ворн скоро придет, — Гриня в ответ молча кивнул, даже не раскрывая глаз. Глубокие морщины залегли на его лице, прибавив внешности лишний десяток лет.
Скорей бы уже, думал Гриня, стараясь расслабиться и успокоить пылающие огнем мышцы.
Мысли о том, что он натворил, не давали ему покоя — убить детей… это надо же было настолько обезуметь, чтобы убить сопливых мальчишек, которые пытались ему помочь! Застонав от душевной боли, Гриня с силой стукнулся затылком о край деревянной бадьи. Все события как в тумане, в красной дымке, смутно и отрывками всплывали в его воспоминаниях. Вот он в клубе расшвыривает всех, кто встал у него на пути. Улица, луна. Люди. Вскрик был коротким, женским, и обмякшие тела мужчины и молоденькой девушки со сломанными шеями упали на мостовую. Окна, в них желтый свет. Злость накатывает новой волной, но в сознании назойливо бьется мысль, что ему куда-то надо, надо что-то сделать. Он должен куда-то прийти. И он побежал дальше. Куда и зачем, не понимал. Ноги сами принесли его к серому, одноэтажному дому. Да, точно, это именно то место, куда ему и нужно! Гриня влетел в двери как паровоз, сшибая с петель деревянную преграду. Звериный рык вырвался из его глотки, ошарашив и напугав до безумия мальчишек, которые уже похватали, что под руки попалось, с целью защищать себя и тех, кто младше.