Выбрать главу

— И чего же желаешь ты, жадный хитрый лис? — усмехнулся Капитан.

— Покоя, — но тут же поправился: — Но не того, что в землице даруется да на свете том, — вознес он указательный перст вверх, — а человеческого, семейного. Уйти хочу. От дел всех своих. Понимаешь? Устал я. А ты вот все бороздишь и бороздишь просторы морские, и нет тебе покоя.

— Успею, — хмыкнул Кэп. Волченка вон обучить еще, — кивнул он в сторону Ворна. — Как будет кому передать свое, так и отойду на покой. Надеюсь, при жизни, — оскалился он улыбкой хищной акулы.

— Ладно. Твоя правда. Раз дело последнее, да товар знатный, так уж и быть, половину от того, что просишь, дам тебе сейчас, а другую по возвращении.

— Э, неее, — запротестовал Ким, подперев пузом стол. — Так дела не делаются. А ежели ты не вернешься?

— Ну коли не вернусь, не судьба, значит, тебе на покой уходить, — рассмеялся Капитан и вгрызся в кусок зажаренного мяса, ловко наколов его своим ножом. — Да ты не боись, мимо твоего острова мне все одно ходу нету. Вернусь. А если нет, поставишь свечу богу своему за душу мою грешную.

— Еще чего, — скривился Ким. — Крестись для начала, потом по тебе и свечи ставить буду. Нехристь.

— Вот за то ты мне и нравишься, Ким, — ткнув в сторону собеседника обглоданной косточкой, с прищуром заявил Капитан. — За душонку свою гнилую печешься, пред богом своим страхом колотишься, не о жизни больше думаешь, а том, что тебя ждет там, — указал он костяшкой вверх, — после смерти.

— Каждому по вере его — нахохлился Ким, скрестив на груди руки. — Нет души в тебе, дикарь. Поэтому веры тебе у меня нету. Или плати полную сумму здесь и сейчас, или продам информацию тому, кто посговорчивей тебя и понимает ценность того, что на корабле том везут.

— Не зарывайся, Ким, — подался вперед, и тихо, сверля взглядом собеседника прорычал капитан почти в самое его лицо. — Я ведь могу быть и не столь добродушен. А ты не столь здоровьем наделен, и до внуков своих рискуешь не дожить.

— Не угрожай, — отмахнулся Ким. — И не с такими дела вел. Как видишь, жив до сих пор, да здоров. Бог с тобой, капитан. Давай восемь десятков сейчас, а остальное по возвращению.

— Семь — и по рукам!

— Ай, черт с тобой!

— Так Бог или Черт? — усмехнулся Кэп. — Ты уж определись, дружище.

— Бандит ты и есть бандит. Грабишь меня средь бела дня, — примирительно улыбнулся Ким. — А что это у нас юноша хмурый такой? Не ест ничего, не пьет

.— Спасибо. Не голоден, — буркнул Ворн.

— Да он к морю не привычен еще. Обветриться пока не успел, — пояснил Капитан. — Ты это, добро своим пока дай на выдачу, пускай погрузку начинают, а то время, сам понимаешь. Кораблик-то плывет по волнам, плывет, пока мы тут лясы точим.

— Да и верно, — спохватился Ким. — А вы обедайте пока, обедайте, — выскользнул он из-за стола и скрылся за дверью.

— А действительно, чего это ты хмурый такой? Поговорить не хочешь?

— А есть о чем?

— Не дерзи, малой. Не стоит.

— Даже не думал. Если серьезное чего, то на воздух пошли. Душно мне тут. Да и остров посмотреть хочу.

Кэп прищурился, сверля Ворна заинтересованным взглядом.

Ворн глазами указал на верхнюю балку.

— Ну, коли остров посмотреть, тогда пошли, — тут же сообразил Кэп и поднялся.

Как понял парень, этот пронырливый китаец был тут большим начальником, заботился о местных жителях, ну и о своем кармане в особенности. Торговал припасами, водой, занимался перекупом товара, в том числе и живого. И за отдельную плату своим постоянным клиентам сливал различную информацию для грабежей, и не только. Наживался на всем, на чем только мог. Портовый бордель являлся отличным местом для сбора порой бесценных сведений. Расслабленные, охмелевшие моряки под чарами и умелыми действиями жриц любви рассказывали все, о чем спрашивали их шалуньи, и даже больше. Девушки тут были мастерицы не только кроватных утех, но и развязать языки. Вся добытая информация сливалась Мамуле, а та в свою очередь, похвалив монеткой девушку, спешила к Киму на чашечку чая, возвращаясь от него порой с очень увесистым кошелем.

— Может, к Мамуле в Белый лотос заглянем? — предложил капитан парнишке хитро на него взглянув. — Там такие девицы-красавицы! Ты-то как, уже опыт имеешь или…