Свободной рукой Ворн ухватил мужика за рожу, не давая тому вцепиться в горло. Рука скользила по слюням и крови, голова огрызалась, норовила оттяпать пару пальцев. При очередной попытке мужика поднять свою задницу Ворну удалось вытянуть из-под спины руку, и он уже двумя конечностями уперся в рожу противника, большими пальцами попав тому аккурат в глазницы. Пальцы погрузились в теплую глубину. Детина взревел, дернув башкой, задергался еще сильнее, вышибая из парня последние остатки кислорода и сознания, заколотил ногами что тот спринтер.
Ворн сумел сместить нижнюю часть своего тела чуть в сторону и получил несколько пинков коленом в бок. Наконец и здоровяку удалось освободить свои конечности. Ревя, озверевший мужик дернулся вперед, сокрушив своим черепом деревянную перегородку. Откатившись в сторону, Ворн вынул из ножен узкий клинок с толстым длинным лезвием, похожим на жало, и нанес точный удар в затылок. Мужик тут же затих и обмяк.
Затылочная кость крепко обхватила лезвие клинка, и пришлось упереть коленом меж лопаток поверженного врага, вытаскивая лезвие. Тихий, противный скрежет кости о сталь заставил парня поморщиться.
— Сука! — зло выругался парень, отплевываясь и вытирая рукавом лицо.
Оглядываясь в полумраке, он прислушался. Звуки боя стихли. Слышалась лишь матерная ругань, стоны и заунывные мольбы о пощаде. Голос незнакомый. Высокий, повизгивающий, похож на женский.
— Неужели баба на корабле? — подумал Ворн. — Может, это именно ее капитан так стремился захватить? Знатная особа? Ща узнаем.
Кукри нашелся у стены. Далеко отлетел. Подняв оружие, он еще раз подошел к телу. Для надежности проверил пульс. Убедившись, что с телом все в порядке — мертв и проблем больше не доставит — Ворн отправился посмотреть кто же там так голосит.
В каюте капитана Утренней звезды из недр огромного сундука извлекли единственного выжившего. Им оказался щуплый лысоватый мужичонка с крысиной рожицей. Бешено вращая глазами, он сидел на полу, плотно вжавшись в угол между стеной и тем самым сундуком, кусая нижнюю губу и теребя край своего пиджака. Руки мелко дрожали. Он не знал, куда их пристроить.
— И что дальше было?! — допрашивал свидетеля капитан.
— Я… я ему сказал, — тараторил выживший сбивчиво, заикаясь, — …сказал, что не надо. А он… А он… Я должен доставить… Я должен… Иначе никак. Они не могут… Мы погибнем… Шторм слишком сильный… Ничего не будет… А я… А я ему говорил, что не надо… Нельзя…
— О чем это он? — озадаченно спросил старпом у капитана.
— Да черт его знает. Нихера не пойму. — пожал тот плечами.
— Эй! — старпом обратился к выжевшиму. Но мужичок, казалось, не слышал. — Эй! — пришлось пнуть его легонько. Тот заткнулся, громко икая. — Ты нормально объяснить можешь, что тут у вас произошло? Кто эти психи? Откуда они взялись?
— Так я же и говорю… ик… это они… они озверели… ик…
— Да дайте же ему воды кто-нибуть! — рявкнул капитан.
Напившись и немного успокоившись, мужичок продолжил. На этот раз более разборчиво.
— Фергас им зелье дал. То самое, которое мы везли. Я был против, — затрясся он весь и замотал головой. — Я предупреждал… Нельзя… Нельзя…
Капитан с помощником переглянулись.
— Где оно?
Мужичок дрожащим пальцем указал на второй сундук с увесистым замком. По величине сундук был вполовину меньше от того, в котором прятался выживший.
— А ключик где? — вкрадчивым тоном спросил помощник.
Мужичонка, пошарив по своим карманам, извлек искомое и сжал в кулаке, прижав руку к груди.
— Это Пандора, — тихо произнес он, замотав головой. — Не надо…
Под ногами в недрах судна заскрежетало, застонало и громко треснуло.
Звук походил на выстрел. Корабль начало кренить заметно быстрее прежнего.
— Уходим! — рявкнул капитан.
Мужичка подхватили за шкирку и протолкнули вперед.
Ворн пропустил выходящих и тоже поспешил на выход, к свету.
А наверху уже кипела работа. Одни помогали раненым, другие же, как муравьи, перетаскивали на Каракатицу все ценное, что нашли на Утренней звезде. И когда только успели?