— М-да… — задумчиво поскреб бороду капитан. — Вот те и зелье волшебное. Так я и не понял, от чего они так быстро обезумели?
— А кто их знает, — пожал плечами лекарь. — Может, не все. Может, часть только. Я же не видел, как у них процесс происходил. По опытам оно не должно было так, но…
— Но, — подал голос Кирилл, который давно уже сменил свое одеяние Кардинала на одеяние простого воина-наемника, и лекарь даже не догадывался о том, кто сейчас сидит перед ним. Один лишь человек напрягал его тут своим присутствием: желторотый юнец, коему по всей логике суждений не место среди этих серьезных людей. Но мало ли. Может, он сынок кого-то из этих… морских вояк.
— Но зелье сработало иначе, чем ожидалось, — констатировал Кирилл. Лекарь кивнул. — Для кого вы везли зелье? Кому? Куда? С какой целью?
— Об этом я мало чего знаю. Я человек маленький. Мое дело выполнять то, что велено, да помалкивать. Но все же я кое-что слышал. Прибыть мы должны были в порт города Марион. Там нас должны встретить и сопроводить. Куда, мне то не ведомо. Слышал я, что поездка эта крайне важна для нашей империи. От результата переговоров многое зависит. Очень важно, чтобы тем важным господам понравился результат нашего зелья, и тогда они поддержат господина Сергия в его деле, и тогда… — мужичок сглотнул, оттянул воротник рубахи, окинул всех затравленным взглядом, судорожно выдохнул и шепотом произнес: — Императора сместят. Вот.
Повисла тишина. Мужичок дрожащими руками поднял кружку, осушил ее досуха и, убедившись, что убивать его никто пока не собирается, продолжил:
— Мы везли двести порций. Но теперь его немного меньше. Хотя, я думаю, это уже не важно, да? — лекарь как-то сник, сгорбился и взглядом побитой собаки посмотрел на капитана. — Вы сохраните мне жизнь, господин капитан?
— Я не знаю, какой мне прок от твоей жизни. Но и смерь твоя мне выгоды не принесет. Если только молчание… За него могут недурно заплатить.
— Я умею молчать, — уцепился лекарь за блеснувшую надежду, не поняв толком, что именно имел ввиду капитан. — А еще я могу быть полезен. Я же лекарь как-никак. Вон раненых у вас сколько. Я могу, я умею. И кости сложить, и раны шить и от поноса…
— Да сиди ты уже. Не дергайся, — рявкнул капитан.
И лекарь притих, втянув голову в плечи, боязливо зыркая на бородатого неприятного вида верзилу со шрамами на роже.
— Я не хочу обратно в подвалы. И умирать не хочу, — блеял лекаришка чуть не плача. — Море, чайки, такие хорошие люди вокруг… — обвел он взглядом хмурые лица головорезов и нервозно сглотнул. — Не жизнь, а сказка, — попытался он улыбнуться как можно добродушнее. — Я буду полезен. Честно. Оставьте меня при себе. Я даже на берег сходить не буду. Правда-правда. Носа с корабля не высуну!
Он очень старался убедить этих головорезов в своей полезности. Помогло или нет, лекарь так и не понял. Капитан вызвал своих мордоворотов и те вывели спасенного из каюты, сопроводили до выделенных ему апартаментов в виде тесной кладовой с прочной дверью, на полу которой валялся тонкий вонючий матрас с гнилой соломой, да отхожее ведро. Напротив, через узкий коридор, лекарь заметил еще одну почти такую же коморку. В полумраке плохо было видно кто там сидит, но то, что клетушка не пустовала, это он приметил. В темном углу кто-то шевелился и тихо переговаривался.