— Хорошо, — согласился Кирилл. — Расскажу. И даже больше. Я попрошу тебя кое о чем. И это не приказ. Именно просьба. Одолжение.
Капитан кивнул.
Глава 21
Ворн растянулся на палубе, подставив солнцу лицо и оголенный торс. Мысли текли лениво, состояние было таким же — тюлень на лежбище. Рядом сидел Ангус, лениво перебирая и сматывая в бухту веревку, что ворохом лежала у его ног.
— То место, куда мы плывем… Ты был там? На каком языке там говорят? Ты их язык знаешь? — Обратился он к Ангусу, глядя в голубое небо, сквозь мачты и реи, боковым зрением наблюдая за своим мрякулом, который гонял наглую черную птицу. "Видимо снова не поделили еду или игрушку." — Думал Ворн, наблюдая за этими салочками. А еще он думал о том, как живут люди на совершенно другом континенте. На каком языке они говорят. Какие знания сумели сохранить. На сколько их быт и законы отличаются от уже привычного, Имперского. И вообще, сможет ли он с ними общаться, из-за языкового барьера. Он с трудом вспомнил не больше десяти слов на английском языке, пару пошлых шуток с вкроплением немецких слов и анекдот, про то, как Чапаев и Петька учили французский. На этом его лингвистические познания и завершались.
— Ваша империя и их империя знают общий язык. Так что понять друг друга не проблема, если конечно ты не из глухомани какой, провинциальной. Был я там. Красивый город. Небольшой, но красивый. Старинный. Там дома… — Ангус задумался, подбирая слова. — Они древние. Не все, конечно, но многие. Говорят, этот город сохранился еще с тех самых времен. Охотники, что в пустошь на промысел ходят, рассказывали, что видели там дома такие же, только порушенные сильно.
Ворн кивнул, соглашаясь со словами Ангуса.
— Да, я тоже видел древние дома в пустоши. Высокие, как свечки, — видел он их не только в пустоши, но благоразумно умолчал о том. Тоска сжала душу невидимым обручем, и он скривился от неприятного ощущения.
— Ого! Ты был в пустоши? — изумился парень, не обратив внимание на изменившееся выражение лица своего собеседника. — И как там?
— Опасно, — пожал плечами Ворн, не желая вдаваться в долгие подробности. Он вообще не хотел рассказывать о своих приключениях в Стеклянном городе. — Не спрашивай. Не хочу вспоминать. Одно скажу: еле выжил.
— Жаль… — горестно вздохнул паренек, явно расстроенный отказом. — Я бы послушал. Не всяко встретишь того, кто с пустоши вернулся. Интересно же, чего там да как. Охотников то я видал, ну, тех, которые в пустошь ходят, но кто из них со мной болтать станет? Понятно дело, никто. Тем более, поговаривают, пустошь меняет людей, и те, кто часто и надолго туда ходят, и не люди уже вовсе. В это я не очень, конечно, верю. Так, страшилки для молодняка, чтобы не совались туда почем зря. Но все равно находятся придурки и лезут туда толпами, и гибнут тоже толпами. А вот то, что психами становятся те, кто вернулся, это точно. Все охотники психи. Особенно как напьются. А пьют они много. Вусмерть. Но ты не такой вроде. Или тоже псих? — Ангус рассмеялся, добродушно улыбаясь, всем своим видом показывая, что это он так пошутил, но при этом внимательно, с подозрением вглядываясь в глаза своего собеседника.
— Может, и псих. Кто знает… — нахмурился Ворн. — Оттуда и правда если и возвращаются, то уже никогда не станут прежними. Давай лучше закроем эту тему. Не нравится она мне.
— Ну ладно. Как скажешь, — нехотя согласился Ангус. Но поболтать ему все же хотелось. Скучно сидеть просто так, а тут свободные уши, да еще и в отличие от всех остальных этот парень, хоть уже и воин, но общается с ним как на равных, носа не задирает. Ангусу нравилось общаться с Ворном. Иногда очень интересные разговоры у них получались. Вот и в этот раз он решил не упускать момент. Ну не хочет про пустоши, ну и ладно, что, других тем как будто нету? Да полно!
— А хочешь, я тебе про Тихоград расскажу? И про Легендарного Гражданина?
— А это что еще за зверь такой? — удивился Ворн. — Ну давай, расскажи. Он слегка расслабился, отгоняя тяжелые мысли и даже улыбнулся. Забавный этот Ангус. Почти ровесник, но такой наивный.
— Ну, слушай, — отложив свою работу в сторонку, Ангус поерзал тощим задом на жестких досках, усаживаясь поудобнее, и с видом бывалого заговорщика полушёпотом начал:
— Там, в порту, дед живет один. Все считают его из ума выжившим. Но мне кажется, он не такой уж и дурак, потому что те байки, которые он травит в таверне, если его угостить выпивкой, очень уж похожи на правду.
Ворн хмыкнул. Знавал он уже таких «правдивых» рассказчиков. И не одного.