П е т р о. Тетка Гапа, да помолчите вы хоть трошки, в ушах звенит. И вообще — моя женитьба касается только до меня.
М о т ы л и х а. Як это «помолчи»? Не бреши, хлопец. Упирается девка, для тебя обидно, а для нас еще больней. Это ж все одно что вывеску нашу «Червоная слободка» дегтем заляпать. Да мы ж за это горло перервем! И Тит-бахчевник, и Марья Миронченко с Метефе, и Панас-свинарь, всех бачила, все в один голос: докажем, что есть в нас сила, есть у нас порядок и честь не затуманилась! (Подтыкает юбки.) Хату прибери, пока бабы не дошли. Стыдно будет. (Начинает яростно прибираться.) Ну, к кому ты пошел, несмысель? Хотя бы меня попытал, я твоей покойной матке кума и лучшая советчица была! Это же сама вредная природа — Ермаковых семя! От века такие: пуп голый, а нос кверху — я казак! Тьфу! Ай забыл ты, что через деда Пантюшку, колдуна проклятого, дед твой Федос Маркович помер до срока, Колдун Пантюшка, каждый пес знает, что колдун… Мне бы до него добраться, я б ему мослы поскоблила… Я бы ему… (Приближается в уборке к занавеске.) Я бы ему… (Хватается за занавеску, скрывающую деда.) Пыли, пыли сколько… (Встряхивает, хочет отдернуть занавеску.)
Вбегает Н е р о в н я.
Н е р о в н я. Фигуры здесь не было?
П е т р о. Какой фигуры?
Н е р о в н я. Подозрительной. Гонялся, гонялся. Утекла.
М о т ы л и х а. Тебя-то мне и треба! Сымай меня с курей, председатель!
Н е р о в н я. Не надрывай голоса, теточка. Что стряслось?
М о т ы л и х а. Кого ты мне на работу поставил?
Н е р о в н я. Неужели Безуглый?
М о т ы л и х а (Неровне). Возьми своего Митрофаньку заместо статуя в кабинет, а мне он без надобности!
Н е р о в н я. Я с ним тогда по-военному, бодай его черт! Раз, два: чи с нами, чи напротив нас — кончено!
М о т ы л и х а. Цыплят бросил без корму, яиц не собрал, соломы не привез, баяниста нанял и ходит из хаты в хату.
П е т р о. Семен Иванович! Долго будем терпеть?
Н е р о в н я. Идем, Мотылиха, идем сейчас же… Перехватим по дороге, а то если кто увидит из ермаковцев, не оберешься сраму. Идем, я с ним поговорю… (Уходит. На ходу.) Что это за подозрительная фигура?
П е т р о. Черт! (Стукает кулаком.)
Пауза. Втискивается та же с т р а н н а я л и ч н о с т ь.
Что сейчас Катя делает? Вдруг другому улыбается? Вдруг про меня забыла?.. Сверлит в сердце…
Фигура разворачивает платок, снимает шапку, оглядывается. Это К о ш е л ь.
Илья Парфеныч?
К о ш е л ь. Тсс… Не удивляйся, Петя. Я к тебе в секретном виде. Официально меня нет. (Шепчет.) Вижу, грустный ты ходишь. Не хватает тебе чего-то в жизни. Переходи к нам — все предоставим. Хата мала — хату отдельную дадим и при ней сад громадный, и вишни в саду, и пчелы. Выйдешь весной в сад с молодой хозяйкой, соловьи заливаются в леваде. (Пытается изобразить щелканье соловьев, сладко зажмуривая глаза.) Говори, что хочешь?
П е т р о. Соловьи и у нас поют.
К о ш е л ь. Какое есть желание — выполним, не постоим. Захочешь в район поехать — велосипед приготовим, по Донцу кататься — лодку…
П е т р о. Это и я могу. (Вынимает бумажку.) Видишь, Илья Парфеныч, квитанция, по ней я и соловьев получу, и вишни, и костюм хороший — все, что захочу. Четыреста пудов весит бумажка… (Подбрасывает ее на воздух.) И ждет все это добро хозяйку к себе, да, видно, у той хозяйки своего добра хватает. Тяжело стронуться с места. Или я слишком низок для нее. Вот если бы я был большой специалист, хотя бы старший зоотехник. Когда выполню я свою мечту, тогда…
К о ш е л ь (быстро). А какая мечта?
П е т р о. Сам знаешь, Илья Парфеныч. Батька мой из-за чего погиб? Из-за коня. Был в разведке, к своим ехал, а тут разъезд польский. Батька по коню, а конь на пятой версте пристал — и ни с места. Вот, понимаешь, хочу я конской природой овладать. Мечтаю: соберу со всех концов земли самые лучшие породы коней. Я ведь читал, знаю. Ахалтекинца, драгоценную лошадь, кабардинцев, что по горам лазают, английских, что на скачках призы берут, наших, донских, и в Сибири, говорят, очень выносливые кони. И хочу я так их кровь помешать, чтобы вывести из лучших самую лучшую породу. И когда скажет Семен Михайлович Буденный: «Конники, ко мне!» — поскачу и я вместе с буденновцами, и кони наши нигде не пристанут, а быстрей ветра будут летать!