ЕЕ ПЕРВЫЙ ОПЫТ
—Воробышек, ты прости меня, за то что сорвался. — Опускаю ее на кровать. Одежда мешает. Пытаюсь снять блузку, руки трясутся никак не могу расстегнуть пуговицы, отрываю первую, едва справляюсь со второй, как третья вырывается с мясом.
—Володя, подожди. Я сама, ты портишь хорошую вещь, мама будет недовольна.
Не сразу даже понимаю, о чем она говорит. Вещь. Мама. Только потом доходит, что утром она надела вещи мамы. И теперь боится, что мама будет недовольна. Пальчики порхают по пуговичкам, расстегивая одну за другой. Я тяну за пояс юбки брюк. Стягиваю ее вниз. Моим глазам открываются простые хлопковые трусики и такой же хлопковый бюстгальтер. Но эти простенькие вещи заводят еще больше, нежели кружевное белье всех моих бывших.
Я монахом никогда не был. Форма заводит многих женщин. Себе в удовольствии я никогда не отказывал, но постоянных не держал возле себя. Обжегся еще в институте, когда влюбился впервые в красивую мордашку своей сокурсницы Арины. Она была родом из небольшого городка и пыталась устроиться в столице. Если бы не случайно подслушанный разговор Арины с подругой, возможно дело дошло бы до свадьбы.
Оказывается, она выбирала за кого закрепиться, за меня или молодого аспиранта. Я это финансовая стабильность, а аспирант всегда сданные экзамены.
Отчасти это и сыграло еще роль, что я ушел в спецназ. Крупный разговор с отцом, предательство любимой, как мне казалось, девушки. Едва окончив институт, подал документы в группу. Диплом у меня красный. Я хорошо разбирался в зданиях. Из нас собирали группу, в которой каждый дополнял другого. А потом уже перехватывали некоторые навыки от других, заполняя знания в других областях. И сейчас я неплохо разбираюсь в компьютерах, оружии, выживании и маскировке, и даже немного в ювелирном деле. Так получилось, охранял я одного ювелира, находился с ним безвылазно полгода. Работа не пыльная, я сам не понял, за что меня туда засунули. Наверное, ювелир хорошо заплатил, а может он был кому-то из верхушки он был очень нужен. Скучно. Вот и стал приглядываться, потом Наум Исаакович уже стал меня учить, увидев мой интерес. Асом я конечно не стал. Но запросто могу отличить кристаллы Сваровски от бриллианта. Я очень удивился, когда увидел сегодня на импровизированном никабе брошь из платины с россыпью бриллиантов. Камушки мелкие, но не стразы. Еще удивился, как мою красавицу не тормознули таможенники. Нужно будет спросить, это единственное украшение у нее с собой, или есть другие. Но это потом отвлекся на свои мысли. Воробышек лежит рядом и не дышит.
Стягиваю с себя рубашку и штаны, ботинки раскидал в прихожей, сабо Воробышек потеряла еще на лестнице. Остаюсь только в боксерах. Член готов вырваться на волю. Совсем не вовремя вспоминаю о данном Ярославе слове. С губ срывается стон. Ну, как тут выдержать, если рядом лежит желанная, и красивая девушка, а мне почти ничего не светит. Впиваюсь опять в ее губы, это стало моим фетишем. Руками накрываю чашечки лифчика, глажу твердые горошины сосков, прижимаю их плотнее к ткани. Ловлю губами вздох моей девочки, спускаюсь ниже целую шейку, в том месте, где бьется жилка, прихватываю ее губами. Языком прохожусь по краю лифчика и тяну его вниз, моим глазам открывается прекрасная картина. Два идеальных полушария, поддерживаемые снизу лифчиком устремлены вверх. Ореолы вокруг сосков на белой груди выглядят темными, посередине маленькая ягодка соска. Захватываю ее губами, втягиваю сосок, лижу. Перехожу на вторую грудь. Воробышек уже мечется по подушке.
Я намного больше Воробышка, поэтому мой член трется в районе ее ступней и когда она поджимает пальчики, задевает его. Я дергаюсь, возбуждение огромно. Кажется еще чуть-чуть и я кончу, как подросток удовлетворяющий себя с картинками из журнала.
Целую впалый животик, а рукой тянусь в трусики. Воробышек сама раздвигает ножки, но я чувствую, что что-то идет не так, она напрягается. Встречаюсь с ней взглядом и вижу в них ужас. Мое возбуждение, готовое взорваться в трусах, спадает на нет.
—Воробышек, маленькая, ты почему испугалась? Я ничего не сделаю тебе, я просто поласкаю. — Но вижу что на мои слова она уже не реагирует. Что с ней случилось? Почему такая реакция? Может ее изнасиловали? Тысячи вопросов, на которые у меня нет ответов.