РАЗБОР ПОЛЕТОВ.
За воротами раздается сигнал автомобиля, щелкаю. брелком для открытия ворот. Машина освещает фарами окна, останавливается на подъездной площадке. Начала хлопают и здорово так, прям как будто оторвать хотят. В дверь влетает как фурия Наташка. Волосы всклокочены, боевой раскрас на лице, на ней черное короткое платье едва закрывает задницу, из ворота торчат ключицы. Из “ушей идет пар “ плюхается на диван, морщусь когда, замечаю, что она к тому же не разулась ,и на ее ногах надеты босоножки больше похожие на копыта.Я даже не представляю ,как на них можно ходить. Но раз она уверенно добежала до дивана, значит можно.
Молча смотрю на сестру и жду ее первую реакцию. Костя заходит следом. При виде его Лицо Натки становится пунцовым, она кипит как самовар.
—Вот какого хрена ,ты спрашивается влез? Я тебя просила?У меня все было под контролем.
—Ага, под контролем. —Огрызается Костя. —Их четверо ,а ты одна. Где бы ты была если бы я не вмешался? Где я тебя спрашиваю? —Лицо Кости тоже становится пунцовым, кулаки сжаты, он готов, как мне кажется, задушить мою сестру. Смотрю и не понимаю. Ну помог. Ему то какое дело, до того чтобы с ней случилось. Это моя головная боль. Обещал присматривать. Но вот отвлекся. Она же маленькая еще, ей только двадцать и ветер в голове.
—Ты почему в клуб попала? —Включаю старшего брата. —Что я матери твоей скажу, если с тобой что случится? До занятий здесь будешь. Ты деньги где на клуб взяла?
—Я что под арестом? Меня пригласили. Иранец Хабир. Мы в универе познакомились. Ему, как и мне нужна языковая практика. Если бы не этот, я уже бы в общаге была... — Кивает головой на Костю.
—Ага, была ты только не в общаге, а в какой-нибудь канаве, когда они тебя толпой поимели и выбросили за ненадобностью. —Опять злится Костя.
—Уже поздно, давайте ложится, завтра будем разбираться.
—Я есть хочу. — Канючит Наташка и на своих копытах идет в сторону кухни, громко цокая.
—Сними свои копыта, не фига мне паркет портить. — Злюсь я. Лежал бы уже в постельке, прижимая Воробушка к груди, а не разгребал бы похождения взбалмошной сестрицы. Она скидывает обувь в угол гостиной и босиком шлепает на кухню.
—Она наклоняется к холодильнику и достает контейнер с клубникой.
—Ого клубничка...
—Положи на место, не заслужила. И вообще ты есть хотела.
—Ну и подумаешь, жадина. — Ныряет опять в холодильник, достает колбасу. Делает неправильный бутерброд. Это когда хлеба чуть-чуть, а колбасы много и с удовольствием жует.
—Ты есть хочешь? — Смотрю на Костю. Он мотает головой.
—Телефон отдай. — Канючит Наташка.
—Утром получишь, в машине забыл.
—Дай ключи я схожу.
—Перебьешься.
Смотрю на их перепалку и недоумеваю из-за чего весь сыр-бор. Поднимаю глаза на Костю и вижу на его лице злорадство, которое мгновенно пропадает. Мне знакомо это его выражение, задумал что-то. Мы в отряде десять лет вместе и уже читаем друг друга, как открытую книгу.
—Наелась? Минералка в холодильнике. Пошли спать. Ты в комнате матери. Кость ,ты в гостевой. Футболку мою возьми, завтра твои вещи привезем. Мамины тебе малы будут.
Наташка пыхтит, что-то сказать хочет, но рот забитый колбасой не дает. Она закашливается, поднимает руки кверху. Костя хлопает ее по спине.
—Отстань. — Несется наверх. Озадаченно смотрю на Костю, улыбающемуся ей вслед.
Комната встречает меня тишиной, Воробышек так же свернувшись калачиком лежит поверх одеяла. Просовываю руки ей под спинку стягиваю задравшиеся платье. Она хлопает сонными глазками, тянет ко мне руки.
—Тсс, моя хорошая, ложись. — Накрываю ее одеялом. И тащусь в душ. Бреюсь, я никогда не делал этого раньше.на ночь. Но когда-то нужно начинать. Прохладная вода душа смывает усталость. За стеной тоже журчит вода. В гостевом душе.
Вытершись полотенцем, ныряю под одеяло к своей тепленькой девочке, прижимаю крепче. Она даже во сне ,носом прижимается к моей груди .