РАБОТА,ОПЯТЬ РАБОТА
День не задался с самого начала. На ежедневной пробежке не выдержал один боец. Упал, не выдержав темпа. Пришлось отправить его в госпиталь при Медицинской академии, тем более мы располагались на ее территории. Пока суть, да дело, прибыл Батин протеже. Его личное дело еще вчера принес один из бойцов отряда. Батя был сильно занят, я даже удивился, что он предложил меня подменить. Отряд выдвигался рано утром из городка, ребята одетые в полную экипировку спецназа. В тонированном автобусе. Я как раз успел вовремя, чтобы их проводить. Пока разбирался с Батиным протеже, передавал лейтенантам, отзвонился Юрка, отчитался, что передал Воробышка из рук в руки маме. Хвоста не обнаружили, и я вздохнул с облегчением. Нужно вечером обязательно позвонить, делаю пометку для себя. Им ехать больше суток. Вика никогда не ездила в поезде, немного за нее волнуюсь. Подвигаю к себе личное дело выбывшего бойца и вновь прибывшего. Итак, первый Говоров Николай Константинович, двадцати пяти лет. Просматриваю, чем он мог зацепить наших спецов работавших на отборе. Детдомовец, но есть сестра, имеет ребенка. Они с братом близнецы, в детский дом попали после аварии, в которой погибли родители. Особые качества, за которые попал в группу хакер, очистил счета двух фирм. Которые принадлежали когда-то его отцу. Замел следы так, что деньги вернуть просто не получится, отправил сестру за границу. Попался, когда замахнулся на третью фирму. Все фирмы принадлежали его дяде на данный момент. Забрали его из следственного изолятора, по бумагам он там умер. Нужно забрать справку из госпиталя, почему он вдруг грохнулся в обморок, и решить с его нагрузками. С этим все. Теперь второй: Новиков Илья Сергеевич., двадцать шесть лет, закончил Московскую академию Высшей школы кино. Ох, и ни фига себе, я даже присвистнул. Зачем тебе было подписываться на проникновение в мой дом. Есть жена и ребенок. Вот совсем ничего не понимаю, почему его к нам закинули. Ну, как не понимаю, понимаю конечно,Батя дает ему второй шанс. Со своим образованием, он спокойно мог устроиться где хочешь. Не повезло с театрами, его могли с руками оторвать любые салоны красоты, где делают мейкап. Батя сказал, что он гениальный гример, да и я в этом убедился сам. Вот только непонятно, что будет с его женой и ребенком. Им нужно где-то жить, и на что-то покупать продукты. Три месяца, стипендия в отряде сущие копейки. Так, на личные нужды. И потом если закрепится в отряде. Личного разговора не избежать. Откладываю папку и иду в классы. Группу уже разбили на три части. Первая: это люди занимающиеся единоборствами. Вторая:это умеющие хорошо стрелять. Третья:Смешанная, здесь отобраны люди со сверхспособностями, но по выносливости, самая хилая. Я не понимаю пока своей задачи, как уравновесить, все три. К тому же оставить две трети. Для меня задача не из легких, но она помогает мне справится с разлукой. Мозг постоянно работает о поставленной задаче, выбивая мысли о Воробышке. Я не вмешиваюсь в занятия, а только пока наблюдаю, на это отвели мне две недели. Единственное утренний забег, нужно еще попробовать спарринги с первой группой, чтобы сбросить напряжение. Наверное, завтра этим и займусь. На базе сейчас только наша группа, я за старшего, поэтому еще приходится решать и хозяйственные дела. Кручусь как белка в колесе. Солнце начинает садиться, я выдыхаю с облегчением, наконец то, эта круговерть закончилась на сегодня. Захожу к себе в офицерский корпус, здесь тихо, вход разрешен только лейтенантам, но они сейчас не вылазят из казармы. Я всегда на связи. В любой момент меня могут дернуть туда. А пока наслаждаюсь покоем, сбрасываю с себя форму и шагаю в душ. Мысли сразу возвращаются к маме и Воробышку. Как там у них дела? Ни одной свободной минуточки не было у меня сегодня, чтобы хотя бы им позвонить. Включаю воду на полную, пытаюсь смыть всю тяжесть сегодняшнего дня, немного завидую ребятам, что сейчас на задании. Там есть задача, и все понятно. Хватаю с вешалки полотенце и начинаю вытираться. Вспоминаю, как Воробышек вытирала мне голову, и начинаю улыбаться, потому что тепло разливается по всему телу от этих воспоминаний. Завтра попрошу, чтобы кто-то из ребят меня подстриг, когда вырвусь в город неизвестно. Гримера и попрошу, его учили этому наверное. Подхватываю с полки телефон, полотенце бросаю на полотенцесушитель. Сейчас отдохну, позвоню Вике и займусь стиркой, много вещей я с собой не брал, а после пробежки и целого дня в берцах, запашок еще тот. Можно конечно в прачку сходить, там ребята установили купленную в складчину машинку, невиданная роскошь, но по нынешним временам актуальная. На общей кухне есть огромный холодильник, я еще не заглядывал туда, но знаю, что продукты там есть. Мне пока хватало офицерской столовой. Сейчас питаюсь в общей. Кормят вообще-то нормально. Но каждую неделю меню будет повторяться, к тому же оставленные продукты за три месяца пропадут. Валюсь на кровать, повыше поднимая подушку и набираю Воробышка по видеосвязи. Считаю гудки, которые идут один за другим, сердце скачет в груди предвкушая услышать родной голос. Уже десять гудков, а она все не берет трубку. Я уже готов набрать маму, когда телефон оживает, но на экране я вижу не Вику, а маму. Сердце сразу ухает вниз. —Мам, привет. Что случилось у вас? И где Вика? — У меня начинается паника. Воде боевой офицер, а сердце чуть не остановилось. Подскакиваю на кровати. —Здравствуй, сыночек. Не волнуйся, у нас все хорошо. Спит она. — Мама переводит телефон куда-то в сторону, и я вижу Воробушка тихо посапывающую уткнувшуюся носом в стенку купе. — Переволновалась она, я ей бальзамчика в чай плеснула, своего успокоительного, как чувствовала, с собой взяла. Кого то встретила, кто на ее родном языке разговаривал, да и поезд для нее в новинку, вот и не выдержала. Разбудить? —Не нужно, мамуль, пусть поспит. Ты там за ней дома посмотри, у нее последнее время столько стрессов. Если нужн