Толкаю ресторанную дверь и попадаю в сказку. Везде ковры, обувь выстроилась рядами с табличками столов. Останавливаюсь, я ведь не знаю где находится мой столик, тем более весь ресторан поделен на кабинки, каждая увита каким то растением, разглядеть через него, что внутри никак не возможно. Все таки снимаю свои начищенные до блеска туфли. Ставлю их отдельно и делаю шаг, не зная, куда идти дальше. Как чертик из табакерки, откуда-то появляется вертлявый мужчина и склоняется в поклоне. На голове у него тюбетейка. Я держу фуражку на сгибе локтя, снимаю плащ. И ищу куда бы повесить, скинув его на вешалку, сверху пристраиваю фуражку. Потом поворачиваюсь к мужчине. И вижу, как расширяются его узкие глаза.
—Вы с проверкой? — Испугано блеет мужчина, мне кажется даже акцент стал более заметным.
—Нет у меня назначена встреча, меня зовут Владимир у меня встреча с... — Не успеваю закончить фразу.
—Фархат, все нормально, это к нам. Иди. Прошу. — Появляется из одной из кабинок молодой человек, я его уже видел в окружении Азиза. Он тоже смотрит на меня широко раскрытыми глазами, но держит лицо. Приглашающим жестом указывает рукой на кабинку, из которой он только что появился. Уступает мне дорогу. Делаю шаги в сторону кабинки. Идти босиком непривычно, особенно если делать это не дома, а в ресторане . Ноги утопают в ковре. Кабинка довольно просторная, представляет собой две зоны, одна стилизована под восточную, с низким столиком и разбросанными вокруг подушками. Кальяном. Вторая под обычную европейскую, но тоже с восточным колоритом. Диваны покрытые коврами и разбросанными по ним подушками. Обычный стол на котором стоит ваза с фруктами. Из-за стола встает Азиз склоняясь в приветственной позе. Я тоже кланяюсь слегка, авось спина не переломится.
—Присаживайтесь. — Молодой человек встречавший меня остается стоять в дверях кабинки. А Азиз располагается напротив. Он внимательно рассматривает мою форму, награды, переводит взгляд на погоны.
—Хабир, пригласи официанта.
Я уже хочу отказываться, но понимаю, что могу обидеть хозяина, и диалог не состоится, поэтому терпеливо жду. Появляется блюдо с рассыпчатым пловом. Рядом ставят пиалы с соленым йогуртом. И раскладывают лаваш.
На край стола кладу свою папку. Официант вкладывает мне в руки теплое мокрое полотенце, пропитанное отварами каких то трав. И сразу забирает, стоит мне протереть руки. Я понимаю, что приборов и тарелок не будет, будем есть руками.
—Хабир, пока свободен. — Командует Азиз.
Мы молча едим. Плов вкусный, я почти отвыкший от домашней стряпни, моя поездка не считается, наслаждаюсь вкусом. Когда на блюде почти не остается еды. Появляется опять официант, опять подает салфетки, убирает со стола и приносит чай в глиняном чайнике и пару пиал. Странно почему глиняный? Персы предпочитают металлические. Но терпеливо жду когда наполнят мою пиалу, поднимаю папку со стола и протягиваю ее Азизу.
Чай все равно пить нельзя еще, пиалу не удержишь, кипяток.
Он подхватывает папку и раскрывает ее, раскладывая на столе. Внимательно рассматривает каждый листок, откладывая прочтенные. Мне кажется или это действительно так. Его плечи вроде как расправляются, на губах появляется улыбка. Для меня непонятна его реакция. Он что сомневается? Я уже хочу заговорить, но он жестом останавливает меня, продолжая изучать документы.
—Вы будете не против, если документы посмотрит Хабир?
—Нет, пожалуйста. Тем более это копии, оригиналы у меня.
Хабир появляется сразу, как будто ждал отмашки. Забирает папку и опять испаряется.
—Ну что ж, Вы сняли с меня груз. Я могу эти документы забрать, чтобы показать отцу?
—Конечно. А при чем тут Ваш отец. — Не понимаю я, но восток дело тонкое, поэтому глубже не копаю.
—У меня к Вам будет еще просьба. Я только не знаю выполнима ли она. Азиз замолкает, смотрит на свои руки сцепленные в замок. Потом внезапно говорит. — Пейте чай, уже остыл.
Поднимаю пиалу, наслаждаясь терпким вкусом зеленого чая и каких то специй.
—Дело в том, что в украшения Вики попало наше семейное кольцо, это давнишняя история. Я не знаю, осталось ли оно у нее на родине или попало сюда. Но готов заплатить любые деньги. Декларацию она не заполняла, поэтому я не уверен, что оно в России. — Он смотрит на мои ошарашенные глаза. Откуда он знает, что не было декларации? — За деньги можно купить все. — Констатирует факт.
Да и записи с камер и декларации.
—Что за кольцо? Как выглядит? Я спрошу у Вики.
—Да, кстати, а где она ? Мы так и не смогли ее найти. Тонкое такое с тремя изумрудами. Если у отца есть фото, я Вам перешлю.
Его вопрос меня немного напрягает, но в то же время и успокаивает. Значит они не засекли мои перемещения почти неделю назад. И значит она в безопасности. Мало ли что от них можно ожидать.
—Далеко, больше тысячи километров отсюда.
—Вы ее что в Сибирь отправили? — Мне становится смешно.
—Нет конечно. —Улыбаюсь . — Давайте обменяемся телефонами, если Вика знает, где кольцо, я Вам сообщу. — Не хочу ставить Азиза в известность, что уже видел это кольцо в Викиной “бижутерии”.
Он диктует свой номер, и я набираю его в ответ, чтобы закрепить в телефонной книге, совсем забывая, что номер у меня засекречен.
Он проверяет экран и опять смотрит на меня.
—Номер не определился, как же я отправлю фото.
—Наташе отправьте. У Вас же есть ее телефон, я предупрежу. Да, еще. Если мы Вам передадим кольцо, Вы оставите нас с Викой в покое? Мне хотелось бы гарантий. И потом у вас могут возникнуть сложности при вывозе кольца на родину, оно же не бижутерия.
—Да, я даю слово, если найдете кольцо или укажете, где оно может быть, мы вас больше не побеспокоим. А по поводу вывоза, это не проблема, сдадим в ломбард, а потом я его куплю.
Киваю, удивляясь изворотливости человека передо мной сидящего.
Хабир заходит с папкой и протягивает ее мне. Я отмахиваюсь. Поднимаясь.
—Себе оставьте. Я позвоню. — И выхожу из кабинки и иду на выход.
За спиной слышу на фарси разговор моих собеседников.
—Ну что, все? Домой?
—Нет, еще есть дела. — Слышу ответ Азиза.
—Диляра? — Не твое дело, я сказал, задержимся. — Психует Азиз.
Кто такая Диляра? Но в общем, мне все равно, лишь бы нас в покое оставили.
Одеваюсь и спешу к машине. Сегодня хоть порадую своего Воробушка, а то она совсем сникла