В дверь затарабанили. Я вздрогнула. Услышала пьяный смех. Мужские голоса.
- Я сказал, отвянь, - рык Ворона, его хрипловатость, что мурашками прокатилась вдоль позвонка. - Все слышали: на второй этаж не подниматься?! Все тусим на первом! Или валите отсюда нахрен!
Тяжелые шаги, небольшая перепалка - и все стихло. Я немного расслабилась, ощущая боль в спине - сидела, натянутая как струна.
- Наверное, надо ночевать в одной комнате? И еще подтащить вон тот столик, - кивнула Люба, делая большие глаза. - Я мельком видела его друзей... Они такие большие...
Ближе к трем ночи музыка стихла, мажоры начали разъезжаться. Такси, личные водители, кто - то - сам садился в алкогольном опьянении за руль. Люба сопела рядом, под боком. Казалась такой беззаботной. Точно ангелочек.
К четырем утра особняк полностью погрузился в тишину. Я прислушивалась к любому шороху. Не могла заснуть. Хотелось пить. Так сильно, что я готова была спуститься вниз, на кухню. Скользнула к двери, выглянула, мониторя коридор. Тишина. Прошла к лестнице, светя себе телефоном. Спустилась вниз. На удивление, здесь было чисто. Никаких разбросанных бутылок, попкорна, закусок, размазанных по шикарным софам и креслам... Даже не воняет алкоголем. Я точно знаю, что они пили. Ели. Тусили. Но первый этаж выглядел как всегда - идеальным, просторным и давящим своей шикарностью.
Взяла две бутылки воды без газа и бегом поднялась по лестнице. Завернув за угол, в просторный коридор, врезалась в... Ворона. Отскочила от него. Будто в лаву вступила, обжигающую, испепеляющую... Бутылки выпали из ослабевших пальцев, звук мягко потонул в коврах.
Он был в одних спортивных штанах. Его тело напоминало те самые мраморные статуи, образчики мужской красоты. Точеное лицо. Голубые глаза. Он прищурился, рассматривая меня. "Пьян", - промелькнуло в голове. Попятилась еще на пару шагов назад, чтобы обогнуть его около другой стены. Он не шатался, но была какая - то расслабленность в его движениях. Смотрел он на меня так, будто хищник, следил за моим передвижением, чтобы нанести один точный удар, который поразит. По коже выступили мурашки, дыхание участилось. Грудь поднималась и опускалась в такт, соски выделялись через ткань топа. И он смотрел на мою грудь. Его губы растянулись в жуткой ухмылке.
- Что, сестренка? Боишься? - низко проговорил он. - Это правильно. Ты ответишь за все. Твоя мать - та еще сука. Шлюха. Крутит отца на деньги. Он пока еще поддается ее блядским чарам. Но потом... Потом будет плохо всем вам.
- Зачем ты мне это говоришь? - голос дрожал, хотелось прикрыть грудь руками, но я боялась, что это движение может его спровоцировать...
Я знала, на что способен Ворон. Знала силу, что таится в его теле. В горле пересохло. Мы были в доме одни. Люба не в счет. Она не сможет противостоять ему. Как и я.
- Зачем? Потому что ты здесь. Потому что она - твоя мать. От осинки, как говорится... Ты выглядишь как школьница - отличница. Воплощение добродетели, чистоты и порядочности. Обычно такие внешне овечки - прохаванные бляди. Трахаются так, что член потом болит два дня. И сосут на отлично. Ты такая же, да, девочка? - хрипит Ворон, рассматривая меня лениво и кивая на мою грудь. - Хочешь меня?..
- Прекрати, - шепчу я. - Прекрати говорить гадости. Ты меня совсем не знаешь. Я не сделала тебе ничего плохого.
- Ты появилась здесь. Сначала - твоя мать, влезла в мою семью, разбивая ее, как скверна. Потом привела вас, двух мышей. Я уничтожу вас, когда придет время, - глаза Ворона зажглись яростным предвкушением, он казался безумным и злым; мое горло перехватила судорога, хотелось закричать, что я тоже считаю, что мать влезла в мою семью и разбила ее, лишив нас дома и дорогого человека...
- Дай пройти, - получилось так же хрипло, на глаза навернулись слезы.
- Я тебя не держу, мышь, - оскалился парень. - Попробуй... - то, как он произнес это, заставило меня застыть на месте и задержать дыхание.
Он ждал, когда я сделаю движение. Я понимала, что у меня нет выбора. И не знала, что последует за этим... Он снова красноречиво взглянул на мою грудь, хмыкнув, облизав красиво очерченные губы. И я инстинктивно дернула руками, прикрываясь. Этого хватило. Он мгновенно переместился, хватая меня раскаленными пальцами, что плавили кожу.