К вечеру чувствовала себя как зомби: ходила, кое – что понимала, иногда – мычала в ответ. Я не стала одеваться вычурно, это было не мое. Обычные черные джинсы, черный балахон оверсайз. Гулька на голове. Макияж – как всегда: подкрасила ресницы, нанесла румяна, чтобы не казаться слишком бледной, бальзам для губ. В этот раз я хотела реально быть той, кем меня называли Скопцева и компания. Мышей. Незаметной, серой. Я хотела наблюдать. Ловила себя на мысли, что такие подсматривания за Вороном стали для меня сродни наркотику. Я не желала с ним пересекаться, но мне необходимо было видеть его. Издалека. Словно глоток воздуха. Потому что, когда он рядом, меня дико коротило, выворачивал наизнанку от противоположных ощущений.
С Игорьком все было по – другому: он не вызывал во мне такого вихря, даже когда нравился. Да, было предвкушение первое время, я ждала наших вечеров, когда была возможность заняться сексом. Нам нравилось. И я долго была под властью эндорфинов, прежде чем поняла, что Игорек – эгоист, и я ни разу не кончила с ним. Самоудовлетворение – не в счет. Это я к тому, что ни один парень до знакомства с Вороном не вызывал во мне такого чувственного сумбура. Мне это не нравилось, но я ничего не могла поделать. Я ждала, когда мать наиграется и придумает предлог, чтобы избавиться от нас. Мы вернемся домой, жизнь станет прежней. И я забуду Ворона и его будоражащую энергетику.
Аня подъехала к особняку Вороновых на мощном внедорожнике. Водила она мастерски. И тоже была одета как всегда.
- Мы не будем выделяться, - говорила одногруппница. – Сегодня в «Клетке» - разношерстная публика. Там будет зрелищно. На счет весело – не знаю.
Около часа добирались к клубу. Когда выехали за город, я увидела отблески огней, что заревом разрезали черное небо, отгоняя тьму подальше. Совсем скоро появились пятиярусные круглые здания - парковки, что возвышались точно ночные стражи по обе стороны от дороги. За ними – величественное здание, как огненная высотка, в обрамлении красно – оранжевого неона. Впечатление, что я попала в казино из фильмов про Голливуд 2000 –х. Был налет чего – то такого ностальгического и знакомого, хотя я явно была не любителем таких заведений и едва ли побывала в парочке подобных за всю свою жизнь…
Подъезжая к клубу, четко осознала, что я – другая. Совсем другая. Я не впишусь в их компанию, даже если оденусь как они, буду ходить и говорить, как они. И, пожалуй, мне это нравилось. Мое наполнение было другим. Да, я не была такой амбициозной, я не хотела быть королевой или президентом, не хотела богатства. Я была заточена под другое: хотела развиваться, зарабатывать достаточно на жизнь любимым делом, чтобы мои близкие и родные были здоровы и счастливы. В дальнейшем – хотела семью. Мелькнула мысль, что, пожалуй, эти ребята – мажоры могли хотели нечто подобное, только в масштабах, умноженных на два. Только вот возможности для достижения целей у нас разные.
- У тебя такое лицо, будто ты съела что – то вонючее, - рассмеялась Аня, наконец, находя свободное место для парковки. – Расслабься, сегодня можно не ожидать подвоха.
В кармане пиликнула смс от Игоря: «Ты меня разочаровала. Даже не знаю, чем все может закончиться. Нам надо обязательно поговорить на выходных». Моего парня стало слишком много. Больше, чем когда мы были вместе.
Аня потянула меня за руку, устремляясь в поток людей. Мы прошли через арочные ворота, украшенные витиеватой лепниной. Дорога в обрамлении невысокого забора, увитого гирляндами, что сияли слишком ярко. Дорога вела в большое здание, которое растянулось почти на всю округу. В несколько этажей, имитирующее средневековый замок, с высокими шпилями по бокам, сверкающее и манящее яркой вывеской латиницей «Kletka». Из здания рвались басы, смех, разноцветные огни. В груди кольнуло, потом разлилось неприятным чувством. Мысль, что если я переступлю порог этого клуба, потом - уже не будет, как прежде. Что мне лучше уйти. Но Аня тащила меня вперед, через людей, что веселились, пытались перекричать друг друга, пили и наслаждались жизнью. Внутри клуба было прохладно, несмотря на скопление людей. Большой зал был разделен на несколько зон: танцпол, бар, столики. Темное пространство озарялось всполохами неона, люди двигались точно механические куклы, бликуя, которыми управлял кто – то могущественный. Уши закладывало от качественного звука, который, казалось, проникал в каждую клеточку моего тела, расщепляя его. Мы лавировали среди басов, людей, устремляясь вглубь. Внезапно все сделалось приглушенным, мы вошли в дверь. Теперь мы шли по коридору, изолированному от звука. Потолок испещрен мелкими огоньками, точно там было большое скопление светлячков. За нами шли пара парней, приглушенно разговаривая. Мы были частью вереницы, что стекалась к главному – в круглый зал, темный и показавшийся мне зловещим. Множество сидений, вокруг, большинство – уже заняты, в центре – ринг. Октагон. Клетка.