В груди кольнуло, мне хотелось увидеть Ворона. Губы начало покалывать, сдержалась, чтобы не дотронуться к ним пальцами. В голове вспыхивали картинки: лицо Ворона, с полыхающим ненавистью взглядом, его спина с устрашающей татуировкой, его мощные руки, сжатые в кулаки, поднятые вверх. Тело покрылось мурашками. Я фантомно ощущала его жесткий хват в волосах, напористый поцелуй… Меня никто так не целовал. Я ощущала его запах, которым пропиталась. Его горящее тело. Толчок, ощутимый, когда он оттолкнул меня от себя… Он ненавидит меня так люто, страстно… Сдержала вздох.
События вокруг меня развиваются слишком быстро. Мысли перескочили на Игоря, его слова я тоже отлично помнила. Как и действия. На лице болело там, где скулы. Интуитивно чувствовала, что с Игорем - еще не конец. Это тоже пугало.
Повернулась к Ане, мне внезапно захотелось, чтобы она пошла со мной. Такая хрупкая внешне, сильная внутри.
- Не показывай им своего страха, - наставляла она меня. – Ты ни в чем не виновата. Чтобы ты не сделала, они все равно будут считать тебя другой. Они – просто высокомерные засранцы. Надо пережить этот период.
- Точнее и не скажешь, - улыбнулась через силу я, выходя из машины; помахала Ане на прощание, вдохнула воздуха побольше, и бодро пошагала к особняку.
Часть охраны дежурила на КПП, открыли мне ворота. Начальник охраны делал свой обычный обход с парой человек. Кивнул мне, сканируя взглядом. Слишком внимательно. Впечатление – будто меня считывают, изучают, уже зная изъяны, ошибки в программе. Перепроверяют, целенаправленно их ищут. Передернула плечами, быстрее скрываясь за огромными резными дверями и погружаясь в тусклый просторный холл. Дом с привидениями, хранящий десятки страшных тайн… Неуютно. Безжизненно. Поднялась на второй этаж, зашла первым делом в туалет. В зеркало на меня смотрела девушка с раскрасневшимся лицом. Следы от ударов Игоря оставили красные пятна, что перемешивались с проступающим синеватым, уродливо выделяясь на коже. Синяки под глазами, усталость. Губы были распухшими, впечатление, что по ним тоже били.
Я не узнавала себя в отражении. Будто совсем не я, а незнакомка, загнанная, дико уставшая, с потухшим взглядом, за которым прячет страх. Умывалась ледяной водой с ожесточением, словно смогла бы смыть удары Игоря, его слова, взгляды Ворона, его жестокий поцелуй. Хотелось плакать. Скоро все закончится. Надо просто найти клинику, где проходит лечение бабушка. Я смогу обзвонить все. Узнать подробности. У меня есть некоторые скопленные средства, если мать откажется оплачивать лечение. Потому что я хочу вернуться в нашу квартиру вместе с Любой, восстановится в институте. Я не хочу этой жизни.
Люба была увлечена плетением браслетов, что – то увлеченно изучала по книге, рядом фоном шли видео из ютуба по теме. Она пожелала мне спокойной ночи, не отрываясь от своего занятия. Уже в своей комнате я приняла душ, и только моя голова коснулась подушки, я вырубилась.
Проснулась от гула тормозов, музыки, что сотрясала округу. Вспышки смеха, выкрики. На часах – три ночи. Застонала. Ворон продолжает праздновать свою победу. Судя по голосам, все – хорошо выпившие. Вышла в коридор, с первого этажа доносились голоса, в особняк заходили. Слышала звон стекла, скрежет, по – видимому, тянули столы… Прошла к комнате Любы, дернула за ручку двери. Закрыто. Тут же щелкнул замок, Люба выглянула. Заспанная, такая нежная, в ее глазах плескался страх.
- Если хочешь, пошли ко мне. Если нет – закрой дверь и не открывай никому до утра, - проговорила я.
- К тебе, - Люба сделала большие глаза, бросилась в свою комнату, схватила телефон и сундучок с рукоделием.
Снаружи становилось только громче: развязные выкрики, нецензурные слова. Музыка грохотала так, что мне казалось, содрогается весь особняк. Люба пересела за стол, раскладывая свои рукодельные принадлежности. Она показывала мне фото, потом рассказывала взахлеб о новых техниках плетения. Показывала баланс на карте, куда уже поступали первые ее заработки. Мы делала рекламу друг друга в соцсетях. Сестра иногда косилась на мою немного припухшую красноватую щеку. Отмахнулась, мол, неудачно вписалась в поворот.
Я пыталась вязать, но постоянно путала петли, крючок скользил из пальцев. Мои мысли были там, внизу. С Вороном. Он – как ядовитое наваждение, отравлял собой меня. Я искренне считала, что он мне совсем не нравится. Вместе с тем – притягивает. Влезает мне в голову, заставляет сердце биться сильнее. Заставляет дрожать и покрываться мурашками. Отложила вязание. Люба повернулась ко мне, она была бледнее обычного. Под глазами залегли синяки. Губы пересохли.