— Это же для твоей пользы, — ответил он. Лорелея закатила глаза, давая понять Дэниелу, что логика и доводы взрослых ничего не значат для испуганной шестилетней девочки.
— Если я позволю ей это сделать, — спросила Бьянка, — ты расскажешь мне сказку на ночь?
— Я не знаю никаких сказок, — он перехватил умоляющий взгляд Лорелеи и добавил: — Ну ладно. Может быть, только одну.
Лорелея продолжала ласково разговаривать с девочкой. Ее лицо светилось. Она была в своей стихии: лечила и утешала.
— Превосходно, — сказала Жермин. — Бьянка, передай мне мою сумку. Я хочу сделать сеньоре подарок.
— Прошу вас, не надо, — запротестовала Лорелея. — Коробка для пожертвований…
— Это не годится в коробку для пожертвований, — из своей сумки баронесса достала вышитую шелковую блузку.
— У меня никогда не было такой красивой вещи, — воскликнула Лорелея. — Я высоко ценю ваш подарок.
— Ради Бога, не надо ценить. Просто носи ее.
— Буду. Обещаю, — Лорелея провела пальцами по изящной вышивке. — Что это за герб? Я никогда не видела такого раньше.
— Здесь изображен жезл и чертополох — мой герб. Я украсила им одну из комнат в Коппе.
Глядя на Лорелею с гербом Жермин де Штайль на груди, Дэниел задумался. Петля затягивалась. Высланная из Парижа за помощь роялистам, покинувшая Республику, Жермин наверняка была бы заинтересована новостью о том, что Людовик XVI оставил после себя незаконнорожденную дочь.
— Я буду с гордостью носить ее, — Лорелея благодарно посмотрела на Жермин и добавила: — Я надеюсь скоро получить письмо от барона Неккера.
Жермин потерла подбородок:
— Ты знаешь моего отца?
— Нет. Но не так давно я послала ему свою работу о тифе, — она нервно сплела пальцы. — Надеюсь, он обсудит ее с другими учеными.
— Можешь не сомневаться, — заверила Жермин. — Я прослежу, чтобы он это сделал.
Дэниел, заинтригованный, наблюдал. Странно, но обе женщины были в чем-то схожи.
Зазвонил колокол. Мадам де Штайль присоединилась к каноникам, направляющимся к вечерне.
— Я не хочу идти спать, пока ты не расскажешь мне сказку, — сказала Бьянка, когда мать выводила ее из комнаты.
Лорелея выжала полотенце, посмотрела на Дэниела и рассмеялась. Второй раз за этот день у него покраснели уши.
— Что? — недоумевая, спросил он.
— Ты хорошо ладишь с детьми.
— Я ничего не знаю о детях. Да и не хочу.
— Ты не можешь не выполнить своего обещания ребенку.
— Посиди со мной, — Дэниел протянул ноги к огню и начал рассеянно потирать свое колено. Перед его глазами стояло хорошенькое личико Бьянки. Он нахмурился. — Наверное, мне нужно придумать какую-то историю. Может быть, о сентябрьской резне?
— И ребенку приснятся кошмары. Придумай что-нибудь другое. Что-нибудь с хорошим концом.
— Я не знаю ни одного счастливого конца. Лорелея в замешательстве посмотрела на него:
— Как странно ты говоришь.
Дэниел снова заметил сомнение и испуг в глубине ее глаз. Сегодня она видела, как он спасал жизнь человека, но еще и то, как он убивал.
— Вильгельм Телль? — спросил он.
— Вот это уже лучше, — девушка накрыла его руку своей. Дэниел отдернул руку. Он уже начинал испытывать удовольствие от ее прикосновений. И это пугало его.
ГЛАВА 9
Простившись с Жермин де Штайль и семьей Ди Лидо, Лорелея вышла во двор приюта. Яркое утреннее солнце освещало нежную изумрудную зелень с жемчужными каплями росы. Под раскидистым старым дубом Сильвейн и Тимон кололи дрова для армии Бонапарта и складывали их в аккуратную поленницу. В нескольких ярдах от них два медбрата тащили полную тачку камней для постройки на улице хлебных печей. С лопатами и кирками на плечах каноники направлялись к дороге, чтобы расчистить ее после снежных обвалов.
Лорелея поискала глазами Дэниела, но не обнаружила его среди работающих. Со дня взрыва тревога не оставляла девушку. Каким бы невероятным это ни казалось, к нему подбирался убийца.
Но кто он? Сколько бы она ни старалась, Лорелея никак не могла представить в этой роли ни одного мужчину из приюта Святого Бернара. В ее представлении убийцы были похожи на людей типа того бандита с жестокими глазами, который напал на нее и Сильвейна на горной дороге. И на таких людей, как Дэниел, вынуждена была признать девушка.
Никем не замеченная, она села на пороге кладовки для хранения овощей и стала наблюдать за работой мужчин. Сильвейн и Тимон сняли рубашки. Их обнаженные плечи и спины блестели от пота. Лорелея наблюдала за игрой их крепких мускулов и любовалась покрытыми легким загаром гибкими телами и рассыпанными по влажным лбам кудрями.