— Ты в порядке? — спросила Рэйвен, в её глазах бушевала внутренняя борьба.
— Всё нормально, — сквозь зубы процедил я, стараясь игнорировать боль в ногах. Я был уверен, что ничего не сломал, но, чёрт, синяков мне было не избежать. — Иди разберись с ним.
Она замешкалась, скользя взглядом по мне в поисках ран. Я протянул руку, чтобы коснуться её щеки.
— Я в порядке, Чернокрылая. Побеспокоишься обо мне, когда покончишь с ним.
Крики Пайро о помощи, казалось, вернули Рэйвен в настоящее. Она наклонилась вперёд, чтобы оставить целомудренный поцелуй на моих губах, затем вышла из машины и направилась к искорёженной груде металла твёрдыми шагами.
Когда она подошла к Пайро, он замер, уставившись на неё с искажённым ужасом лицом. Хорошо, теперь этот ублюдок познал то, что чувствовала она в ту ночь, когда они с приятелями надругались над ней.
Мне нужно было слышать их разговор. Я глубоко вдохнул, с гримасой боли выбрался из машины и прислонился к капоту, чтобы удержаться на ногах — боль пронзила всё тело от кончиков пальцев ног до самых плеч.
— Неприятно, когда роли меняются, правда, Пайро? — голос Рэйвен звучал смертельно спокойно.
Моё сердце наполнилось гордостью за неё. Несмотря на встречу с теми, кто совершил над ней такое зло, она не выказала ни капли слабости. Не стала уклоняться от необходимости призвать их к ответу.
Пайро молчал, пока Рэйвен наклонилась и подняла что-то с земли. Щелчок — и крошечное пламя ожило. Его глаза расширились, когда она протянула зажигалку, позволяя огоньку дразняще подрагивать.
— Этой самой зажигалкой ты поджёг мою квартиру? Держу пари, что ей. Она была твоей драгоценной вещичкой, верно? Что ты хотел сделать? Уничтожить следы своих преступлений? Или поджог был твоим способом оставить свой знак? Показать всем, что «Гадюки» ответственны за содеянное? — она сделала шаг ближе к Пайро.
Трус продолжал молчать, сжав веки, словно мог сделать её невидимой, просто не видя.
— Знаешь, я помню первый запах дыма, что добрался до меня, когда ты устроил пожар, — продолжила она, и я затаил дыхание, боясь пропустить хоть слово из её рассказа. — Мне было страшно, но в этом запахе я находила и покой, зная, что всё наконец-то закончится, — она замолчала, глядя на трепещущее пламя. — Чувствуешь ли ты этот покой, Пайро?
Рэйвен швырнула зажигалку на землю. Огонь коснулся лужи бензина, растёкшейся под машиной Пайро, и мгновенно вспыхнул.
— Ты не заслужил покоя.
С этими словами она повернулась к Пайро спиной и направилась ко мне, а позади неё уже бушевало пламя. У меня перехватило дыхание, и пульс заколотился, пока я наблюдал за ней.
Она была Ангелом Смерти, облачённым в красоту, восставшим из адского пламени, чтобы заставить каждого, кто причинил ей зло, ползти к её ногам и славить её как свою королеву.
Вопли Пайро пронзили ночь, густой дым повалил из машины, и скоро весь автомобиль был охвачен огнём. Но я не мог оторвать взгляд от Рэйвен, и когда она подошла ко мне, я не смог удержаться — схватил её за бёдра, притянул к себе и прижал свои губы к её губам.
Мы пожирали друг друга губами, пока крики Пайро не смолкли, и нас окружили лишь треск огня и скрип раскалённого металла.
Когда мы разомкнули объятия, щёки Рэйвен пылали румянцем, а я дышал короткими прерывистыми вздохами.
— Остался всего один, — прошептал я, касаясь её щеки.
Она прижалась к моей ладони, словно жаждала моего прикосновения так же сильно, как я — её.
— Остался один, — повторила она, и в голосе прозвучала грусть.
Между нами повисли невысказанные слова. Остался один — и тогда всё кончится. Рэйвен исчезнет.
— Ты знаешь, где Грим? — спросил я, чтобы не произнести то, что действительно хотел.
Я не хочу жить без тебя.
— Нет. Мой ворон ищет его, но он где-то скрывается.
— Что будем делать? — мои уши уловили отдалённый вой сирен. Нам пора было уходить.
— Выманим его из тени.
Глава 15
ВОРОН
Густой чёрный дым поднимался к небу, пламя пожирало склад «Гадюк», окрашивая предрассветное небо в прекрасные оттенки красного, оранжевого и жёлтого.
Покинув Пайро и его машину, обречённые сгореть дотла, мы в молчании доехали до склада. К счастью, машина Мэйсона не слишком пострадала от тарана, иначе обратный путь пришлось бы проделать пешком.