Я никогда в жизни не испытывал такой вины, как тогда, сидя в задних рядах церкви и наблюдая, как люди плачут на похоронах Рэйвен, зная прекрасно, что в гробу лежит тело неизвестной женщины, найденной мёртвой на улице.
Что же до Рэйвен, она доказала мою правоту. Я всегда говорил, что она боец. Спустя несколько недель после перевода в частную клинику врачи отключили аппарат искусственной вентиляции лёгких, и к моему глубочайшему облегчению, она смогла дышать самостоятельно.
Со временем её физические травмы зажили, но она так и не проснулась.
Не подавала ни малейшего признака пробуждения.
Врачи снова и снова предупреждали меня, что, скорее всего, она уже не очнётся, а даже если это случится, то, вероятно, останется с повреждением мозга. Но я отказывался в это верить. Она вынесла столько страданий.
Но недели превратились в месяцы, и надежда на её пробуждение начала угасать. До того дня, совсем недавно, когда я обнаружил её стоящей на моей кухне, и мы оба были в полном недоумении, как она здесь оказалась.
Когда стало ясно, что Рэйвен не плод моего воображения, я раздумывал, сказать ли ей правду: что она не мертва, а находится в коме. Но каждый раз, собираясь признаться, я передумывал. Я был убеждён, что, когда всё закончится, она наконец обретёт покой, за который так отчаянно боролась.
Но она всё ещё была здесь, и теперь мне нужно, чтобы она вернулась ко мне.
Я снова поцеловал её руку, не отрывая взгляда от её лица в поисках малейшего признака, что она меня слышит.
— Рэйвен, — прошептал я, стараясь, чтобы голос не дрогнул под тяжестью сдерживаемых эмоций. — Мне нужно, чтобы ты проснулась. Вернись ко мне. Прошла всего неделя с нашей последней встречи, и это был сущий ад. Я не могу жить без тебя, Чернокрылая. С той самой минуты, как мы встретились, ты стала для меня всем. Моим смыслом жизни. Моим дыханием. Даже когда мы были врозь, я всегда верил, что мы найдём дорогу друг к другу. Пожалуйста, найди сейчас дорогу ко мне.
Я замолчал, выжидая, надеясь на что-то. Взмах ресниц. Дрожь в руке. Но ничего не происходило.
По моей щеке непроизвольно скатилась слеза. Я не осознавал, что глаза наполнились влагой, пока на губах не ощутил солёный привкус.
— Пожалуйста, Рэйвен, — взмолился я, снова сжимая её руку. — Пожалуйста, вернись. Я не хочу прожить без тебя ни минуты больше. Я не могу больше терзаться мыслями о том, что могло бы быть, если бы я не ушёл. Ты когда-то говорила, что видела меня с детьми и женой, и я знаю, просто знаю, что единственный человек, с кем я смогу создать семью, — это ты. Так что, пожалуйста. Найди дорогу ко мне, чтобы мы снова были вместе.
Ничего.
Рыдание вырвалось наружу. Я вскочил со стула, подошёл к окну, больше не в силах смотреть на безжизненное тело любви всей моей жизни. Внизу проносились машины, люди беспечно шли по улицам.
Мир продолжал вращаться, в то время как мой мир рушился.
Я провёл рукой по лицу, смахнув несколько упавших слёз, и резко развернулся, готовый снова умолять Рэйвен.
И замер.
Сердце подкатило к горлу.
На меня смотрели пронзительные синие глаза. Глаза, в которые я никогда не думал снова заглянуть. Я бросился к кровати, её взгляд следил за мной, пока я не схватил её за руку и не склонился над ней.
— Рэйвен?
Неверие потрясло меня до глубины души, и на секунду мне показалось, что мой разум играет со мной злую шутку. Но потом она медленно моргнула, и её нижняя губа несколько раз дёрнулась, словно она пыталась что-то сказать.
Я знал, что должен позвать Карли. Рэйвен нужен был врач, чтобы осмотреть её, но я не смел пошевелиться, опасаясь, что это мираж, или что она снова провалится в кому за то время, пока я буду искать доктора.
— Рэйвен. Чернокрылая, ты меня слышишь? — сказал я, стараясь говорить тихо и сдерживая подавляющее желание заключить её в объятия, прижать к себе и осыпать поцелуями.
Её рот несколько раз открылся и закрылся, и с её губ сорвался едва слышный шёпот:
— Мэйс?
Моё сердце расширилось втрое, услышав своё имя из её уст. По моим щекам ручьями потекли слёзы, а слова застряли в горле. Её рот снова несколько раз открылся и закрылся, и прозвучал ещё один шёпот.
— Что, Чернокрылая? Что ты хочешь сказать? — я склонился ниже, чтобы расслышать её.
Она ненадолго закрыла глаза, а когда открыла снова, в её зрачках вспыхнула решимость.
— Я… — начала она. Я затаил дыхание, ожидая продолжения. — Мне… снился… ты.