Короткая вспышка синеватого света. Гай медленно убрал руку. Вода в ведре не нагрелась, не охладилась и не пошла рябью, но он порами чувствовал: её качество изменилось. И песня тоже стала другой, не тревожной, а напористой, жизнеутверждающей и какой-то... смутно знакомой.
Гай втащил ведро на кухню и поставил его рядом с телом Корвуса. Брат дышал неровно, его била мелкая дрожь. Голова покоилась на коленях Корникс, девушка осторожно убирала со спины обрывки рубашки, стараясь не коснуться повреждённых мест.
- Вот вода, - сообщил Гай, оглядываясь по сторонам. Брен куда-то исчез. Ну и скотина! Есть у него хоть какие-то зачатки совести?
- Спасибо, - Корникс зачерпнула воду ковшиком и полила спину Корвуса.
И тут произошло невероятное. Обожженная кожа сама собой стала восстанавливаться прямо на глазах. Гай почувствовал, как у него второй раз за день нелепо распахивается рот.
- Что происходит? - испуганно спросила Корникс.
- Не знаю... Лей ещё!
Корникс зачерпнула по новой, на этот раз больше, и перевернула ковш над раненым. Вода почти сразу впиталась в кожу, и та стала срастаться ещё быстрее. К тому моменту, когда в кухню в сопровождении Флора проковыляла Морс, на спине Корвуса осталась одна лишь воспалённая краснота.
- Что здесь случилось? - требовательно спросила старая ведьма. Гай и Корникс стали сбивчиво рассказывать о произошедшем.
- Хммм... - Морс очень нежно провела по больной спине сморщенной ладонью, потом нагнулась над ведром и понюхала воду. - Откуда это?
- Из бочек в сенях, - честно ответил Гай.
- А в бочках она откуда взялась?
- Ну как... из родника.
Морс смерила его долгим внимательным взглядом. Непонятное выражение в её ярко-жёлтых демонических глазах почему-то смутило парня.
- Гай... ты случайно не колдовал над этой водой?
- Я изменил её качество, - признался парень. - Но сам не понял, в какую сторону.
И только тут до него дошло! Гай вспомнил, где раньше слышал эту чарующую гремучую песню. Белый валун на круглой поляне недалеко от старого дерева Сильвана и два тонких потока, струящиеся из щелей...
- Потрясающе! - выдохнула старуха. - Ты хоть сознаёшь, сколько в тебе силы, Гай Гралль? Ты - колдун живой и мёртвой воды!
Флор присвистнул. Корникс подняла на него ошеломлённые глаза. Корвус завозился на её коленях и повернул голову, чтобы посмотреть на друга. Гай растерянно молчал.
Он колдун живой и мёртвой воды? Такой же, какой была великая волшебница Аквария, героиня песен? Неужели это и правда он? О боги!
***
Несмотря на то, что живая вода, созданная Гаем, исцелила ожоги, покрасневшая спина всё ещё ныла. Объединив усилия, Корникс и Морс напоили Корвуса обезболивающим и, сломив упорное сопротивление, загнали его в постель.
У дверей спальни Гай столкнулся с Бреном и очень удивился, потому что княжича никто не видел с самого происшествия. Наверно, стыдился показаться на глаза или, наоборот, демонстрировал своё презрение. Но присмотревшись к брату, Гай решил, что наиболее вероятен первый вывод.
- Поменяйся со мной местами на эту ночь, - пробурчал Брен, исподлобья глядя на Гая.
- Что? - Гай пришёл в замешательство.
- Ты глухой, что ли? Я хочу сегодня ночевать на твоей кровати, а ты можешь занять мою.
Гай уставился на него в немом изумлении. Брен добровольно хочет ночевать в одной комнате с Корвусом? Он что, задумал смертоубийство?
- Зачем тебе это?
- Зачем, зачем, не твоё дело, воробейка! - взорвался Брен. - Просто свали уже отсюда!
- Не мог бы ты быть повежливее? - рассеянно попросил Гай, пытаясь разобраться в чувствах брата.
Брен казался раздражённым, но от той ярости, которая полыхала в нём час назад, не осталось ни следа. Под внешней злостью скрывалась целая буря эмоций: и стыд, и смутное раскаяние, и еле заметный страх. Похоже, Гай начинал понимать, что происходит.
- Ты хочешь извиниться?
- Ничего подобного! - прошипел Брен, сжав кулаки. Его щёки заполыхали.
Да, конечно, Брен де Монтиум не из тех людей, что извиняются. В этом, наверно, его главная беда. Теперь Гай был уверен, что Брен пришёл не для того, чтобы продолжить ссору с Корвусом. Он чувствует себя виноватым, как ребёнок, и хочет удостовериться, что старший брат не злится.
- Ладно, - Гай расплылся в понимающей улыбке. - Так уж и быть, давай меняться.
А почему бы, собственно, и нет? Даже если Корвус не захочет разговаривать с Бреном, он просто повернётся на другой бок и забудет о его существовании.
Брен пробормотал что-то смутно напоминающее благодарность и проворно скрылся за дверью спальни. Гай ещё немного постоял рядом, прислушиваясь, но никакого подозрительного шума и призывов о помощи не последовало. Тогда он, по-прежнему улыбаясь, побрёл в спальню к Флору.