- Подожди-ка, ты что, приехала сюда одна?!
Рин представила, как маленькая девочка в одиночестве пробирается по переполненным бродягами и нищими улочкам Либры, а иссохшие костлявые руки тянутся к ней, и её замутило. Рена засмеялась.
- Ну вот, опять начинаешь воспитывать... - протянула она. - Не волнуйся, я приехала с сиром Хомо. Ничего со мной не случилось.
Рин с облегчением выдохнула. Старый рыцарь - надёжный защитник.
Держась за руки, они вышли из часовни. После полумрака свет неприятно резанул по глазам, даже такой тусклый осенний свет, льющийся с затянутого тучами неба. Под ногами расстилался мокрый красно-жёлтый ковёр. Срединный месяц осени называется листопадом потому, что в эту пору падают листья, вспомнила Рин наставления старенького учителя-священника из далёкого детства.
Вот только нынешней осенью вместо листьев падал снег. Рановато что-то. Обычно снег выпадал в конце месяца груденя, а при наиболее тёплых зимах - в начале студеня. Но что взять с погоды после такого холодного лета?
Пшеницу на миниатюрном поле вокруг часовни, посвящённом богам и мёртвым, побило снегом. Яблоки с деревьев давно уже опали и теперь гнили под ногами. Деревья зловеще покачивали голыми, как руки скелета, ветвями.
- Помнишь, мы встретили здесь мальчика? - спросила Рин, блуждая глазами по унылому полю. Рена удивлённо нахмурилась.
- Какого мальчика?
- Маленького голодного оборванца. Ему нечего было есть, и он прокрался в запретный сад, чтобы сорвать яблоко. Мы встретили его в день похорон мамы, помнишь?
- Нет, я ничего такого... А! - Рена внезапно оживилась. - Помню! Мы ещё так перепугались, думали, это мертвец!
- Да, - Рин улыбнулась своим прежним детским страхам. - У него были очень светлые глаза, и няня сказала, что это дурной знак. А ещё его звали Корвусом.
- У тебя такая хорошая память, - Рена посмотрела на сестру с уважением.
Сир Хомо ждал их за оградой, рядом с фамильным склепом Грейсов. Рин приветливо кивнула ему, рыцарь поклонился и зашагал рядом.
По дороге Рин всё думала о мальчике. Почему она до сих пор не забыла его? Наверно, потому что все подробности маминой смерти навсегда врезались в её память. А ещё потому что Корвус был единственным ярким образчиком простолюдина, которого ей довелось наблюдать вблизи. Для маленькой княжны, выросшей в замке в окружении слуг и преданных рыцарей, грязный бродяжка казался существом из иного мира.
И у него тоже умерла мама. Это обстоятельство, даже через столько лет, роднило его с Рин. Поэтому она и помогла ему тогда, точнее, попросила сира Аппия помочь. И отец мальчика тоже умер или сбежал, потому что Корвус говорил, что его нет. Они оба с Рин сироты, одни во всём мире. Интересно, где он сейчас? Рин могла бы спросить у сира Аппия, но была не уверена, что рыцарь вспомнит.
Взобравшись на лошадь, привязанную у ограды кладбища, Рин погнала её по узким городским улочкам в сторону ворот. Рена и сир Хомо следовали за ней. Народ в Либре кипел, как и последние две недели, с тех пор как княжна подписала указ о создании ополчения. Зажиточные горожане и толстые купцы не хотели воевать, а бедноте нужен был только повод, чтобы погорлопанить.
- Опомнитесь, граждане Либры! Жители Урбса, и Тауна, и Вилля, и Бурга, и остальных вольных городов - наши братья! Вас заставляют воевать с братьями, проливать братскую кровь! И за что? За власть гордых рыцарей во главе с королём Ланда! Кто они такие? Что знают о нас? Граждане Либры, старый король мёртв! А новой королевой станет девчонка! И мы будем воевать за неё против наших братьев? - надрывался один из смутьянов, стоя на ступенях храма Зигрина, бога торговли. Судя по виду, бедный подмастерье. Заметив стражников, пробивающихся сквозь толпу, смутьян резко скрылся.
Рин поморщилась. Она не понимала, почему предыдущие князья Грейс не снесли этот храм, самое яркое напоминание о кровной связи Либры с вольными городами. "Надеюсь, Фенрис окажется умнее их", - неосознанно подумала девушка и только потом вспомнила, что Фенрис бросил своё княжество.
Мерзкая война, унёсшая жизнь отца Рин, грозила унести ещё большее. После гибели князя моральный дух войска был подорван. Дядя Фратер, конечно, старался делать всё, что в его силах, но ему приходилось отступать. Наёмные отряды вольных городов напирали, как тараканы. Если так и дальше продолжится, скоро они подойдут к стенам Либры. Все советники Рин в один голос утверждали, что город нужно срочно готовить к осаде.
За стенами города творился ещё больший хаос. По настоянию сира Аппия Рин издала указ, запрещающий пропуск в город бродяг и нищих. И теперь все оборванцы, бежавшие с линии фронта, разбили своеобразный лагерь под стенами, усеяв все окрестные поля грязными палатками. Эти люди каждый день устраивали волнения, громко требуя еды и убежища, и вели себя крайне агрессивно. Когда Рин в сопровождении Рены и рыцаря проезжала мимо них, под копыта её лошади упало несколько комков грязи. Хорошо ещё, что не камни.