Стрела пропела в воздухе, и коза погибла, так и не шевельнувшись. На миг Флору даже стало жаль её, но едва он подумал о горячем ужине, как жалость улетучилась. Взвалив тушку на плечи, он стал спускаться со скалы в лощину, где находился дом и Охотника ждали сёстры.
Под сенью леса Сильва было холоднее, чем в скалах. Флор шагал по тропинке, жадно вдыхая свежий воздух, полный запахов. Несмотря на то, что уже шла середина травеня, кое-где под деревьями ещё остались чёрные кучи снега. Первоцветы этой весной распустились позднее, чем в прошлом году. Опустив козу на землю, Флор сорвал несколько и вплёл себе в волосы. Носить на голове цветы его приучила Корникс.
Деревья негромко переговаривались между собой, скрипя старой корой и ветвями. Каждое из них давным-давно сообщило Флору своё имя. Деревьев в лесу Сильва были сотни, но парень никогда не жаловался на отстутствие памяти.
Подобрав козу, он пошёл дальше. Вскоре из-за деревьев показалась чугунная ограда святилища, и башни, упирающиеся в небо. Флор толкнул створку ворот и вошёл во двор. Его братья были здесь же: Брен и Корвус устроили очередной поединок, Гай упражнялся в метании ножей.
Теперь посвящённых в школе осталось только шестеро. Урсус ушёл к троллям ещё в середине груденя, поздней осенью, и с тех пор редко навещал их. Впрочем, по нелюдимому брату никто особенно не скучал, кроме, разве что, Вульпес.
Поздоровавшись с братьями, Флор отнёс свою добычу на кухню, где его уже ждали сёстры. Когда он бросил тушу на разделочный стол, Корникс подбежала к нему и одарила Охотника длинным глубоким поцелуем в губы. Вульпес сдержанно кивнула. Она всегда держалась с Флором прохладнее, чем Корникс, отказывалась от поцелуев и ласк. Флора это немного обижало.
Он умылся и стал смотреть, как девушки разделывают тушу. Корникс орудовала ножом ловко, Вульпес не хватало её сноровки. Сразу видно, что эта девушка - княжеская дочь, хоть и учится в святилище для колдуний.
А ведь он сам пусть и не княжич, но тоже из знатного рода. С самого детства Флора окружали красивые вещи, льстивые слуги. Все удовольствия, которые мог бы придумать ребёнок, были ему доступны. И вот теперь он находится где-то на краю земли, посреди глухого леса, немытый, оборванный, перепачканный кровью последней жертвы. Если бы леди-мать увидела его сейчас, она упала бы в обморок. Флор усмехнулся, представив эту картину.
При мысли о доме ему стало грустно. Дом, родовой замок сьердов Грифов... Как давно он там не был. Почти пять лет.
- Как вы думаете, что сейчас происходит в большом мире? - спросил он девушек.
- Не знаю, - Корникс пожала плечами. - Письма от родных приходят в начале осени. Потерпи, осталось несколько месяцев.
- В последнем письме отец сообщил мне, что наследный принц погиб на охоте, - сказала Вульпес. - А Гаю родственники написали, что в княжестве Грейс началась война с вольными городами. Интересно, кто победил?
- Наши, наверно, - неуверенно предположил Флор.
- А может быть, война ещё продолжается, - сказала Корникс.
- Хотелось бы ещё узнать, кто стал новым наследником вместо принца Лео, - добавила Вульпес. - У Леона XIII больше нет сыновей, так что следующим королём будет муж его дочери.
Странное зрелище - две девушки, разделывающие мясо в тёмной, пропахшей дымом кухне, увлечённо обсуждают политику. Самого Флора не слишком интересовало, кто победил в войне или кто будет новым королём. Ему просто хотелось увидеть родных.
- Сыграть вам что-нибудь? - спросил он девушек. Те радостно закивали. Флор усмехнулся: женское сердце не может устоять перед лиричной мелодией и красивым голосом.
Он сбегал наверх за мандолиной и удобно устроился у очага. Едва его пальцы коснулись струн, как нож замер в руках у Корникс. Вульпес, тянувшаяся к полке за приправой, вздрогнула и опустилась на лавку. Обе затаили дыхание, заворожено слушая.
Обычно Флор играл девушкам романтичные баллады о любви благородных рыцарей и лесных колдуний, которые всегда находили у Корникс и Вульпес живейший отклик. Но сегодня он выбрал просто мелодию без слов. Он сочинил её сам, на рассвете, когда воздух был пронизан лучами восходящего солнца и звенел от свежести. Эта мелодия впитала блеск росы, запахи утра и щебетание птиц.
Когда звуки затихли, Вульпес медленно, будто в трансе, поднялась со скамьи, подошла к парню и поцеловала его глубоко и страстно. Флор знал, что это не её желание, что её заставляет музыка, но всё равно было приятно. Корникс застыла над куском мяса, устремив на него восхищённый взгляд. Флор мог бы сделать с ней всё что угодно, как недавно с козой.