А власти Радосса позволяли. Власти всех западных королевств позволяли. Для этих людей не имело значения, кто перед ними — солдат или безоружный ребенок; они убивали человека просто потому, что он живет на вражеской земле и выглядит иначе. Цвет кожи и разрез глаз становились причиной расправы.
Хуже всего, что Ворон стал относиться к ним так же. Хоть и не позволял себе убивать невинных просто так, но радовался, когда появлялась причина. Больше всех он ненавидел радоссцев. Каждый человек, в ком текла кровь радоссца, становился его врагом. Эти люди служили ему, сражались за него, ублажали в постели, но он не мог относиться к ним с теплом и добротой.
И никогда не сможет.
.
Дни потекли своим чередом, превращаясь в недели и месяцы. Каждую свободную минуту Ворон посвящал изучению древних книг в поисках сведений о раффа; Заффар же вовсе почти не покидал библиотеку. С прошлого года он занимал пост старшего советника, но выполнял обязанности спустя рукава. У Ворона и так хватало советников, а вот волшебник, который мог помочь не словом, а делом, был один.
С тех пор, как Ворон проиграл войну с Изеттой, прошло два года. Королева Дагмар, на удивление, не предпринимала попыток нанести ответный удар, и он пребывал в растерянности и тревожном ожидании. Немыслимо, что такая женщина, как Дагмар, не воспользовалась правом мести. Скорее всего, она готовила беспроигрышную стратегию, вот и медлила с нападением. Ворон не расслаблялся ни на минуту. Северяне могли напасть без предупреждения и привезти с собой оставшихся раффа. Возможно, Ворон и Заффар, объединив усилия, одолеют двух особей, но останется третья. Даже один монстр, обладающий такой силой и неуязвимостью к оружию, может уничтожить целое королевство. Погибнет много людей и целостность Империи встанет под угрозу.
В последние месяцы Ворон стал раздражительным и постоянно поторапливал отца. Будет лучше, если бой состоится на территории врага. А в том, что он состоится, Ворон ни капли не сомневался. Если Дагмар опередит его, половина Континента — и это самое малое, — может быть уничтожена. Нужно найти способ одолеть раффа, и тогда Изетта будет у него в руках, а безопасности Империи больше ничто не станет угрожать.
Но, как назло, в книгах не было ни слова о загадочных монстрах.
.
В тот день Ворон пребывал в отвратительном настроении. Утром Заффар сообщил, что нашел запись о раффа, но в ней не говорилось ничего о том, как убить монстра. Даже само его существование ставилось автором книги под сомнение. Отчитав отца за невнимательность, Ворон приказал ему неделю не притрагиваться к книгам и как следует отдохнуть. Заффар обиделся, но не стал возражать.
Днем Ворон жестоко и показательно казнил Элейн — свою фаворитку. Он давно подозревал ее в сторонних связях с мужчинами. К тому же за три месяца девушка ему порядком надоела. В отличие от Флоренсии — второй фаворитки, — она была не слишком привлекательной, глуповатой, а в постели вела себя как новобранка. Он велел привязать ее к колесу для метания ножей, а Салиху приказал «поупражняться». Старший слуга с перепугу чуть не упал в обморок, но приказ выполнил. Элейн долго мучилась. Глядя на нее, Ворон не испытал ни капли жалости. В те минуты он думал даже не о ней, а о том, как победить проклятых раффа.
Вечером Дафна привела в покои императора новобранку, которая оказалась жутко тощей и уродливой. Это событие окончательно взбесило Ворона. Отдав девчонку стражникам, он поднялся на башню дворца, обернулся птицей и полетел в северном направлении, к горам. Там, наедине с природой и самим собой, он попытается привести мысли в порядок. На Континент опустилась ночь, люди разошлись по домам, стихли звуки. Луна освещала путь.
Сначала Ворон хотел наведаться на поляну, где раньше находился Холифилд, но передумал. Не время бороться со страхами и предаваться болезненным воспоминаниям. Он полетел туда, где, как думал, найдет покой и умиротворение.
Но не нашел.
В облике птицы Ворон сидел в тишине и темноте, на одной из верхних еловых ветвей, и размышлял. В лесу то и дело слышались голоса ночных птиц и животных, но они не мешали ему думать. В какой-то миг на душе и вправду стало легче. Природа всегда действовала на Ворона успокаивающе. Мысли снова вернулись к Изетте, но теперь он думал о ней спокойнее, без раздражения и тревоги. Завтра нужно сходить в библиотеку и почитать другие книги чародея, который упоминал о раффа. Раз он знал о них, значит, мог сказать больше, чем общее, ничего не значащее описание внешнего вида и личные предположения относительно их существования...