Ворон попытался сосредоточиться на картине. Ему совсем не нравились навязчивые мысли об Элизе и ее внешности. Не стоит забывать, что эта девушка — опасный враг, а не очередная безобидная наложница. Неизвестно, что у нее на уме.
В дверь постучались. Пришел Салих с сообщением от Тамира Ансари: главнокомандующий просил срочную аудиенцию.
Времени до визита Элизы оставалось много, и Ворон решил посвятить его важным делам. Тамир Ансари не просит аудиенцию по каждому мелкому поводу. Вероятно, он хотел сообщить что-то важное.
Главнокомандующий ждал Ворона в зале заседаний. Его вид не понравился императору: на бледном лице Тамира отпечатались тревога и страх. Приветствовав Ворона, он встал перед ним, выправив спину, и отчеканил:
— Только что пришли вести из Изетты. Два дня назад было совершено покушение на наместника. Бунт удалось подавить, но семья наместника убита.
Ворон изменился в лице. Он ждал мятежа, но не так скоро. Обычно проходят месяцы или даже годы, прежде чем народ начинает бунтовать, но он недооценил северян. Они не стали ждать и напали сразу.
— Садамли жив? — осведомился император.
— Да, ваше величество. Но сильно подавлен. Я здесь, чтобы просить разрешения занять его место. В таком состоянии наместник не сможет выполнять работу как положено.
— Ты главнокомандующий, им и останешься, — чувствуя, как внутри закипает гнев, сказал Ворон. — Наместником станет мой отец. — Он выдержал небольшую паузу. — Доложи подробно о происшествии.
— Это случилось поздней ночью. Большая группа вооруженных мятежников напала на дворец, убила охрану и ворвалась в покои наместника. Его супруге перерезали горло, а сына... — Голос Ансари оборвался. Главнокомандующий отвел взгляд.
— Что с мальчиком?
Собрав волю в кулак, Ансари вновь посмотрел на Ворона.
— Его избили и повесили — там же, где вы приказали повесить королеву, — а потом подожгли. Наместника заставили смотреть, как умирает мальчик. Если бы не ваш отец, который вмешался и убил мятежников, господин Садамли погиб бы вместе с семьей.
В сердце Ворона забурлила ярость, ладони сжались в кулаки. Рахиму Садамли было всего восемь лет. Император любил этого мальца. Тот всегда был с ним вежлив, и всякий раз, приходя к отцу, приносил Ворону подарок, сделанный своими руками: плетеную корзинку, фигурку из бумаги, рисунок, выструганную из дерева куколку. Мальчик был очень смышленым и добродушным. Как и отец, он обожал императора и мечтал однажды поступить к нему на службу. Ворон пообещал Рахиму почетное место при дворе.
А варвары заставили бедного ребенка умереть жестокой смертью.
Джихазир Садамли был одним из немногих, кому Ворон мог доверить свою жизнь. Его родители перебрались на Запад еще во время правления Лестора Ратэа. Здесь они хотели растить своих детей. Но местные относились к ним предвзято — из-за цвета кожи. Семья Садамли жила по законам, но в одиночестве. С ними редко общались, они не могли получить высокооплачиваемую работу.
Когда Ворон захватил Империю Солнца, жизнь Садамли изменилась. На Западном Континенте появилось много их сородичей, и на них перестали смотреть косо. Джихазир поступил на службу в армию, когда ему исполнилось двадцать три года. Сначала Марко Адерлайн, а потом и сам Ворон заметили его стратегические способности. Император предложил Садамли должность стратега, когда тому было тридцать. Одиннадцать лет Джихазир ответственно отрабатывал свое жалование и никогда не предавал доверие повелителя. Ворон даже хотел назначить его советником, но Садамли отказался, — служба в армии была ему дороже всего. После взятия Изетты Ворон не раздумывал долго, кому присвоить должность наместника. Джихазир Садамли полностью соответствовал его требованиям и знал, что нужно делать. Недавно отец изъявил желание отправиться в Изетту, чтобы помочь, если случится непредвиденная неприятность.