Заффар ушел, оставив Рэйгана отдохнуть с дороги, но пообещал прислать Али, чтобы тот помог ему вымыться и переодеться. Примерно через час он должен спуститься в столовую, чтобы пообедать. Оставшись один, Рэйган сел прямо на пол, до сих пор не веря своему счастью. Где-то на задворках сознания совесть укоризненно напоминала о прошлом и называла его предателем. «Как же быстро ты забыл Холифилд и родительский дом! — ругал мальчика внутренний голос. — Одна красивая комната, и ты уже возомнил себя господином».
Но Рэйган ничего и никого не забыл. Каждый вечер он засыпал в слезах, вспоминая родителей, а сейчас думал о том, как им бы здесь понравилось. Вот бы они все втроем жили в этой прекрасной комнате! На кровати они поместились бы без труда, и еще осталось бы место. Рэйган рисовал бы на мольберте настоящими красками, а папа с мамой вешали бы на стены его рисунки. Они бы гуляли вместе по ухоженным улочкам Асмана и посетили загадочный базар. Родители подружились бы с соседями, а Рэйган — с их детьми. И все были бы счастливы.
Нет, внутренний голос несправедлив. Рэйган скучал по маме с папой и их дому, и каждый вечер плакал, зная, что больше никогда не увидит ни родителей, ни дом.
Через несколько минут пришел Али. Он принес чистую одежду и принадлежности для мытья. Рэйган узнал, что в дополнительной комнатке, отделенной расписной шторкой от основной, находится ванна. Это большой овальный таз для мытья, довольно глубокий. Чтобы искупаться, не нужно черпать из ванны воду ковшиком, как холифилдцы черпали из тазов, — в нее надо сесть, а уже потом начать мыться. Впервые в жизни Рэйган залез в ванну, и ему так понравилось, что он долго не хотел выбираться из нее. Когда вода остыла и сделалось неуютно, мальчик, которому проворный Али помог чисто вымыться, нехотя позволил слуге закутать себя в большое мягкое полотенце и отнести в кресло.
Уходя из дома, Рэйган надел самую лучшую одежду, но сейчас, среди всего этого великолепия, она казалась убогим тряпьем. Али помог мальчику облачиться в вещи, которые купил Заффар. Это были синее мужское платье до колен с желтой вышивкой в виде плетущихся узоров и синие шелковые штаны. Посмотрев на себя в зеркало, Рэйган обомлел. Чтобы купить такую одежду, родителям пришлось бы работать всю жизнь.
И все же мальчик смутился, увидев себя в платье.
Слуга отвел Рэйгана в столовую, где его ждал Заффар. При виде стола ребенок ощутил легкое головокружение. Вся столешница была уставлена различными блюдами в больших тарелках и напитками в прозрачных графинах. Заффар с улыбкой встал и указал ему на высокий стул с резной спинкой. Усевшись, Рэйган поразился мягкому сиденью. Дома он сидел на жестких табуретках и даже не предполагал, что где-то существуют мягкие стулья.
— Ты замечательно выглядишь, — похвалил Заффар.
Рэйган смущенно улыбнулся.
— Спасибо.
Старик обвел рукой стол.
— Бери все, что пожелаешь.
Все, что пожелаешь... Рэйган с восхищением смотрел на стол, чувствуя, что хочет попробовать каждое блюдо. Большинству из них он даже не знал названий. Здесь стояло около десяти видов салатов — от овощных до мясных, — целая гора вкусно пахнущего жареного мяса, запеченная рыба, жареные куриные голени, жареный картофель, перемешанный с кусками жирного мяса, рыбный рулет и многое другое. Видя, какими глазами Рэйган смотрит на мясо, Заффар кивнул слуге, и тот положил на тарелку перед мальчиком два больших куска, а затем — две ложки салата из овощей, сдобренного ароматными специями.
Памятуя о позорной ночи на корабле, Рэйган старался не объедаться, но вкусности сами просились в рот. Оказывается, есть можно не только ложкой, но и другими приборами. Заффар объяснил мальчику назначение вилки и ножа. Если с первым прибором он «подружился» быстро, то со вторым возникли сложности. Усиленно стараясь, Рэйган пытался отрезать кусочек мяса, пиля его ножом, как полено; в итоге кусок соскочил с тарелки и, вылетев за ее пределы, шмякнулся на пол. Мальчик тут же замер, побледнел и с испугом уставился на Заффара. Он ожидал, что старый волшебник непременно его отругает, но тот лишь рассмеялся и, взяв у него нож, обещал научить пользоваться им позже.