— О, мой бог! — воскликнула Жанетта, раскинув руки. — Как ты вырос и возмужал!
Она первой подошла к бывшему соседу и заключила в объятия — так, словно они были добрыми друзьями. Вот только ответных объятий Жанетта не дождалась. Рэйган лишь слегка коснулся ее рукой и поспешил отстраниться. Мужчины воздержались от проявления чувств.
— Мне не сказали, что приедете именно вы, — сказал Рэйган. — Признаться, я удивлен. Не надеялся когда-то увидеть вас снова.
Сайтон и Филлип переглянулись, а Жанетта разинула рот от изумления. Она никак не могла поверить, что перед ней тот самый Рэйган Кроу — безобидный сынишка соседей, которого часто поколачивали Кип с Робертом. Юноша, что смотрел на нее немигающим взглядом, походил на принца, но не на деревенского оборванца.
— Вы прибыли, чтобы рассказать о моих родителях?
Жанетта сглотнула, не в силах подобрать слова. Она уж и забыла, зачем явилась в такую даль. Только без конца оглядывала Рэйгана и не верила глазам. Раньше он побаивался ее, а теперь смотрел равнодушно, без тени страха.
Он смотрел на нее, как на падаль.
.
— Это была идея Висентии.
Немного пришедшая в себя Жанетта сидела в кресле, забросив ногу на ногу, и повествовала. Филлип уселся в соседнее, а Сайтон стоял, постоянно крутя головой, осматривая комнату.
— Значит, это правда? Мама хотела продать меня в рабство?
Рэйган сидел на стуле рядом с мольбертом. Его лицо застыло в бесстрастной маске, но в глазах плескалась обида.
— Оба хотели, — буркнул Филлип. — Гаррет согласился почти сразу. Он как-то зашел ко мне, чтобы поделиться мыслями. Мы выпили, и он сказал, что больше не может содержать ребенка.
— Но они любили меня. Я это чувствовал.
— Поначалу так и было, — ласково улыбнулась Жанетта. — Висентия и Гаррет радовались, когда ты родился. Ведь их первенец так и не увидел свет... — Она шмыгнула носом и стерла уголком платочка выскочившую из глаза слезу. — Они на самом деле были счастливы.
— Настолько, что решили продать меня в бордель?
Жанетта с Филлипом переглянулись. Мужчина вспомнил, что Заффар Хамзи что-то говорил про богатые бордели.
— Им сказали, что ты будешь добывать золото в шахтах, — пробормотал он.
— Да, так и сказали! — подхватил на миг отвлекшийся от созерцания комнаты Сайтон.
— Даже если так, — Рэйган цокнул языком и отвел взгляд, — они были настолько безжалостны, чтобы подвергнуть меня этому?
— Нищета делает людей безжалостными, — печально заметила Жанетта. — Когда человеку нечего есть, он готов пойти на все.
— Даже продать своего ребенка?
— Даже продать своего ребенка.
— За тебя обещали большие деньги, — вставил Филлип. — Я сам слышал, как они договаривались с работорговцем.
— Почему же никто больше об этом не знал? — цеплялся Рэйган за последние ниточки. — Почему за мной не пришли, когда родители погибли?
Жанетта и Филлип одновременно пожали плечами, Сайтон проигнорировал вопрос.
— Наверное, нашли другого ребенка, — сказала Жанетта. — Сделка с твоими родителями ведь еще не была заключена. Они умерли раньше, чем поставили подпись. Без документа работорговец не может забрать человека. Это противозаконно.
Рэйган кивнул. Жанетта не знала, поверил он или нет, но выглядел мальчик расстроенно.
— Не грусти. — Она подошла и положила руку ему на плечо. — Теперь у тебя есть богатый дом и опекун, который любит тебя, как сына. Уж он-то никому тебя не продаст.
Рэйган снова кивнул и ничего не ответил.
— Ты прости меня, — смущенно сказала Жанетта. — За то, что обижала. За Кипа с Робертом...
— Это в прошлом, — голосом, лишенным красок, ответил Рэйган.
— Господин Хамзи спас тебя и подарил счастливую жизнь, — сказал Филлип. — Мы рады за тебя.
— Мы все — свидетели поступка твоих родителей! — невпопад вставил Сайтон. — Но господин Хамзи не дал тебе погибнуть.
Рэйган бросил на него равнодушный взгляд и отвернулся.
— Мы надеемся, что твоя жизнь сложится благополучно, — улыбнулась Жанетта. — Была рада повидаться.
— Я тоже. — Его слова прозвучали неискренне.