— И ответишь. — Бахадир Актан окинул его презрительным взглядом. — Кто виновник? И кто пострадал?
Командир Первого Корпуса Новобранцев отличался от других еще и тем, что знал поименно всех рекрутов, попавших к нему на службу. Остальные перекладывали обязанности запоминать имена и лица на помощников, только не Актан. Он никому не доверял, кроме самого себя. И правильно делал. Стоило на два часа отлучиться по требованию генерала, как новобранцы уже передрались между собой.
— Во время занятий фехтованием новобранец Назари набросился на новобранца Кроу и избил его. Парень в лазарете. У него сломаны четыре ребра и запястье. Еще сотрясение.
— Сержанта Каддара ко мне, — приказал командир. — А виновника наказать незамедлительно.
Отдав честь, старший сержант отправился выполнять приказ. Через минуту сержант Али Каддар стоял перед командиром, выпрямившись и заложив руки за спину. Взгляд Бахадира Актана буравил его насквозь.
— Объяснись.
— Все случилось мгновенно. — Каддар смотрел в стену над головой командира, на висках блестел пот. — Мальцы тренировались, как обычно, а потом новобранец Назари вдруг напал на того белокожего и принялся избивать. Я немедленно среагировал...
— На «того белокожего»? — гневно передразнил Актан. — Неудивительно, что ты не можешь уследить за новобранцами. Ты даже имен их не знаешь!
— Командир...
— Довольно, сержант. У меня нет времени на драмы. Собирай вещи. Требую через час покинуть Первый Корпус. Мне не нужны разгильдяи.
Плечи сержанта дрогнули.
— Слушаюсь, командир, — выдавил он, после чего развернулся и вышел из палатки Актана. Тот же, откинувшись на спинку стула, шумно выдохнул. Он с первого дня подозревал, что с этими двумя будут неприятности. Еще и недели не прошло со дня прибытия новых рекрутов, а Назари с Кроу уже подрались. По-хорошему бы выгнать обоих. Все равно от них не будет никакого толку.
.
Бахадир Актан мог определить потенциал с первого взгляда. Едва познакомившись с Джелалом Назари и Рэйганом Кроу, он понял, что им в армии не место. Первый слишком импульсивен и туп, как полено, а второй — избалованный хлюпик. Но — будь проклят генерал Фарази! — выгнать их из Корпуса сразу командир не посмел. Назари — племянник самого главнокомандующего, а Кроу — приемный сынишка придворного волшебника, друга Фарази. Два влиятельных генерала связали Актану руки, приказав принять на службу этих бездарных ослов. Если так и дальше пойдет, думал командир, его Корпус превратится в посмешище. На Востоке кумовство имело широкое распространение, но его влияние добралось до Актана только в этом году. А он-то надеялся, что всеобщая зараза обойдет его стороной!
Оба юноши попали в отряд Актана без предварительного отбора. Бахадир надеялся, что они долго не продержатся. Выкинут пару-тройку номеров, и тогда он избавится от них с чистой совестью. «Номера» не заставили себя долго ждать. К сожалению, за первый проступок полагается наказание, но если Назари еще раз серьезно нарушит устав, вылетит из Корпуса, как пробка. А следом за ним Кроу.
Командир вышел из палатки. К этому времени во дворе собралась большая группа, состоящая из солдат и новобранцев. Посреди двора стоял на коленях Джелал Назари, раздетый до пояса и удерживаемый двумя крепкими воинами. Третий держал в руке кожаный хлыст, в стороне от него стоял невысокий мешок. Замахнувшись, мужчина со всей силы хлестнул Назари по широкой спине, оставив на ней кровавую борозду. Восемь ударов новобранец выдержал, не проронив ни звука, но после девятого заорал и принялся вырываться. Однако его держали крепко, и попытки ни к чему не привели.
Примерно через минуту спина провинившегося рекрута представляла собой кровавое месиво. Парень брыкался, проклиная всех на свете, а солдат как ни в чем не бывало продолжал стегать его, как непослушную кобылу. Всыпав юноше ровно тридцать ударов, солдат заткнул за пояс кнут и наклонился над мешком, в котором оказалась соль. Зачерпнув пригоршню, он с невозмутимым видом бросил ее на израненную спину Джелала. Тот заорал еще громче, а солдат через пару мгновений повторил маневр. Из глаз виновника лились слезы, на проклятия уже не осталось сил. Наконец, прозвучал приказ старшего сержанта: