— Вот, почему!
Схватившись обеими руками за рукоять меча, Камаль повернулся к новобранцам спиной и замахнулся. Раздался удар, за ним треск, и стол, перерубленный пополам, рухнул. Мечи со звоном посыпались на землю. Сержант повернулся лицом к шеренге рекрутов и снова впился взглядом в Рэйгана.
— С таким же успехом он ломает доспехи и кости врагов!
Несколько юношей, включая Рэйгана, опустили глаза. Никто больше не задал вопроса. Сержант распорядился принести чучела, и через несколько минут новобранцы, впервые в жизни взявшие в руки настоящие мечи, принялись неумело кромсать мешки с соломой.
XXI. Традиции прошлого
Повозка неспешно катилась по улицам Темриза, подпрыгивая на колдобинах. Старая, деревянная, с тощей серой кобылой в упряжи. Пожилой горбатый возница сидел, скрючившись, и угрюмо смотрел перед собой, держа в руках вожжи, а в зубах — дымящуюся папиросу. Рэйган, впервые за полгода сменивший униформу новобранца на гражданскую одежду, сидел на телеге и без конца оглядывался по сторонам. Он был удивлен почти так же, как тогда, в детстве, когда впервые увидел Темриз. Только вот шестилетнего мальчишку восхищал этот город, а восемнадцатилетнего юношу пугал. Прохожие таращились на него, как на диковинку.
— Ты бы прикрыл лицо, парень, — хмуро посоветовал возница. — Белокожий, еще и без бороды.
Рэйган удивленно хмыкнул, но к совету прислушался. Достал из сумки шарф, который спасал от песка и пыли в ветреную погоду, и обвязал вокруг головы — так, что остались видны только глаза.
— Местный или приезжий? — спросил возница.
— Местный, — ответил Рэйган, поправляя повязку. — Живу в Асмане.
Мужчина оглянулся через плечо.
— А, так это ты — приемный сынок придворного волшебника? Я слышал, он привез тебя сюда с Западного Континента.
— Да, это правда.
Рэйган был удивлен, что о нем знает так много людей. Впрочем, люди знают Заффара Хамзи, а мальчишка — часть его жизни.
Возница молчал, и Рэйган не стал продолжать разговор. Не хотелось говорить об отце и своем происхождении. Прошло уже пять лет со дня, когда он узнал о предательстве родителей, а рана по-прежнему болела. Чтобы не думать о плохом в собственный день рождения, Рэйган снова принялся смотреть по сторонам и неприятно удивляться. В отряде болтали, что последние несколько месяцев, когда король уже не мог вставать с постели, неофициально правил наследный принц. Он даже ввел несколько реформ, но ни одна из них не коснулась Первого Корпуса Новобранцев. Рэйган не знал, как обстояли дела во всей армии, и не хотел знать. Он даже не думал о реформах Зинада Благородного, пока не увидел изменившийся Темриз собственными глазами.
Прошло чуть больше двух недель со дня коронации наследного принца, но Рэйган понял, что тот на самом деле правил гораздо дольше. Сначала от имени отца, а теперь — от своего. Заффар не раз говорил, что король и наследный принц «вылеплены из разного теста». Махфиран Справедливый оправдывал свой титул, будучи добрым к нуждающимся и строгим к нарушителям законов. Народ жил в достатке и относительной свободе. Были, конечно, ограничения, но где их нет? Они существовали для поддержания порядка и всех устраивали. То, что происходило на улицах сейчас, ввергло Рэйгана в ужас. Словно он вышел из казармы в другой мир — похожий на прежний, только запущенный и полный страданий.
Некогда ухоженные, красивые улицы поблекли. На балконах домов больше не цвели цветы, посаженные в горшки или ящики, пропала яркая краска со стен. На пути повозке ни разу не встретилась лавка с побрякушками и декором для дома, коих раньше было много на обочинах главных дорог. Женщины выглядели, как призраки, сплошь «упакованные» в бесформенные черные и серые платья и платки, закрывающие даже лица. Мужчины и прежде носили бороды, но если раньше многие аккуратно подстригали их, то теперь все ходили с длинными и подвязанными, словно пучки шерсти. Одежда у всех стала похожей — блеклой и непримечательной. Даже детей перестали одевать в яркие платья. Все, как на подбор, ходили в некрасивом тряпье, а платки теперь были на голове у всех представительниц женского пола — как взрослых, так и детей. Прямо по улицам шел скот: коровы, овцы и козы, погоняемые пастухами, лениво брели по дорогам, гадя на ходу и щипая траву у обочин.
Рэйган смотрел вокруг и не верил глазам. Почему столица так сильно изменилась? Случилась война? Нет. Новость о ней не прошла бы мимо Первого Корпуса Новобранцев. Тогда почему некогда красивый Темриз превратился в унылое, серое место, из которого ушли радость и красота?