Где-то за спиной внезапно раскаркались ворон. Лена их и до этого слышала. Странно, что только их. Распугали они, что ли, остальных птиц? Впрочем, Лена в птицах не особо разбиралась. Воробьев знала, синиц, кто там еще к кормушке прилетал зимой?.. Голуби, да. Но это обжоры и за птиц-то считать сложно. Крысы крылатые.
Курицы еще, которые потомки динозавров. Курицы… Внезапно она споткнулась об натянутую веревку и чуть не упала. Хорошо, что шла медленно. А веревка-то откуда?
От палатки.
Еще какие-то походники рядом встали, что ли? Странно. Они днем никого не видели. Место не особо популярное. На электричке пять часов пилить. Мало кому такое счастье в сентябре надо. Вот разве что таким, как они. Третий курс отметить вздумали. С романтикой, мать ее…
Телефон почему-то разрядился напрочь. Видимо, забыла приложение гугл-карт отключить. Досадно. Фонарики были, конечно, но остались в рюкзаке, в палатке. В своей, не в этой. С другой стороны, кто его знает, кто тут спит?
В том, что спит, сомнений почему-то не возникло. Тихо же, костра не видно. Явно спать легли. Вот пусть и спят. А Лена просто посмотрит вокруг и обратно пойдет. Пора, вообще-то. Она потянула рукав куртки, чтобы посмотреть на часы, но они едва мигнув тоже отключились, как и телефон. Ну и ладно. И так понятно, что ночь. А обратные электрички ходят каждые два часа. Так что если первую утром проспят, то на второй или третьей уедут обратно. Вот только надо обратно дойти.
Лена оглянулась и внезапно поежилась. Лес, по которому она только что шла, показался темным сплошным пятном. Одинаковым, что сзади, что спереди, что сбоку. Нет, спереди-то, кстати, как раз поляна, где чьи-то палатки стоят…
Они свои палатки тоже на полянке поставили. Хорошая такая, круглая почти. И от дороги недалеко, хотя и за деревьями.
Надо было на той березе остаться. От нее до лагеря пара шагов. Ну и пусть все бы знали, где она и что делает… почему-то сейчас это не показалось таким уж важным. Подумаешь, плакала. Зато обратно возвращаться не надо было бы.
Костер эти ребята тоже сделали, как они – с одной стороны платки, с другой два бревна для сидения. Только дождь все погасил. Видимо, забили подкидывать. Хотя куча хвороста лежит. Ромка с Сашкой натаскали… Стоп!
Лена застыла у края ближайшего бревна-сиденья. Это же их палатки. Ну точно! Вот эти палки для котелка Олег втыкал. Одна криво встала, но исправлять никто не стал. То ли не заметили, то ли всем было наплевать. Лена заметила. Но исправлять не стала. Мужчины не любят замечаний.
И куча хвороста. Она вон там и лежит, где ее бросили. Ромка хотел еще ближе подтащить, но Олег сказал, что не надо, мол, загореться может от костра, если не уследят.
Внезапный испуг прошел, сменившись облегчением. Ну вот, и идти никуда больше не надо. Видимо, она случайно такой крюк сделала, что вышла как раз к лагерю обратно. Надо же.
Лена осторожно села на бревно. Где-то она читала, что у человека одна нога немного короче другой. И когда человек идет без ориентиров, то делает круг и выходит обратно к началу пути.
Какая нога была короче у нее, она не знала. Но устали обе одинаково. А прошла-то вроде не так уж много. Хотя ночью по лесу, да с непривычки – понятно, что устала.
Странно, что ребята уже вырубились. Собирались до утра гулять. Ну и ладно. Она тоже сейчас спать ляжет.
Куртка намокла, Лена встряхнула ее, прежде чем залазить в палатку. Она себе крайнюю выбирала. С Олегом… Она вздохнула. Не вышло. Мелькнула мысль, а что если Олег с этой… В палатке… Она даже остановилась у входа, напряженно вслушиваясь. Но нет. Тишина. Даже храпа не слышно. Хотя откуда ей знать, храпит ли кто-то из ее друзей? Как-то не приходилось раньше вслушиваться, поводов не было.
Глава 2
В палатке было пусто. Ее рюкзак лежал на месте, там, где она его и кинула. И спальник. И еще чьи-то рюкзаки. Нащупав брелок, она улыбнулась. Олегов. Это у него пластиковая черепушка висела на кармане. Значит, он не ушел из палатки в другую. И ее вещи не перенес. Значит…
Вот только куда они все делись? В других палатках, что ли, спят? Лена вылезла обратно, проверила две остальные палатки. Никого. Вещи на месте лежат, вроде бы даже все. По крайней мере, Ромкина гитара лежала в одной из палаток. Он ее под дождем не кинул, обратно занес. Значит… Значит, никуда они в панике не бежали. Вряд ли в панике думают о гитаре. Хотя, зная Ромку – он бы мог, да.
Плохо, что телефон разрядился, не позвонить. Вроде бы у кого-то пауэрбанк был, только придется по чужим сумкам шариться. С другой стороны, объяснить, конечно, можно, что их искала. А куда тут уйти-то можно? И, главное, зачем?