– А Павел, думаешь, если его найдёт, то вправду убьёт?
– Не убьёт, конечно, но жизнь попортит, это уж точно. Ты бы видела, каким он был разъярённым. Не хотел бы я быть на месте этого человека. Давай теперь подумаем, кто бы это мог быть.
– Из гостей? Тогда Алёна сразу же отпадает – она сама делала эту газету, и про икону она напомнила, а могла бы не напоминать, – принялась рассуждать Лёшка. – Павел – пострадавший, ему эту фотогазету уничтожать ни к чему. А Анна сказала, что все эти фото её и она сама их Алёне дала когда-то, и не только ей. Если бы ей было что скрывать, не стала бы их делать и всем подряд раздавать.
– И не Женин отец, – подхватил Ромка. – Он в школе со Славкой был, когда всё это произошло, я сам его видел. Муж Алёны Сергей? Не может такого быть, чтобы Алёна своей газетой перед ним не похвасталась перед тем, как идти на встречу. Помнишь, как он сказал: «Алёна у меня известная выдумщица», – и ничуть не удивился, когда она перед всеми её развернула. Выходит, Лёшка, что это был кто-то ещё, кому они рассказали о встрече и о фотогазете, описали ему все снимки. Значит, надо выяснить, кому именно.
– А как он смог проникнуть в квартиру? У Славки ведь замок не простой, с ходу его не открыть.
– Не знаю, – дёрнул плечами Ромка. – Замки, конечно, отпереть можно любые, даже такие сложные, но ты права: для этого нужны время и опыт. А кто бы стал долго торчать у двери, не боясь, что его увидят соседи, и зная, что ты в любую минуту можешь вернуться? И я не думаю, что кто-то из бывших студентов мог стать домушником. Но тем интереснее это будет узнать. Вспоминай, кто во дворе был, когда вы с Джимом вышли гулять.
Лёшка задумалась.
– Ребёнок на качелях качался, кажется, мальчик. Но он нам вряд ли что скажет – маленький очень, а мама его следила за ним, а не за подъездом. Да, а ещё две бабульки сидели, но в отдалении, под деревом за песочницей.
– А когда вы с Джимом вернулись, они там тоже сидели?
– Тоже.
– Значит, они должны были видеть того, кто входил в подъезд после бабушкиного ухода. И кто выходил после того, как в него вошла ты с Джимом после прогулки. Затем и сидят, чтобы следить за каждым. Может быть, они ещё там? Идём скорее во двор!
Ромка кинулся одеваться и замер: на кухне с громким звоном и грохотом вдруг что-то свалилось на пол. Послышался шелест крыльев.
– Ой, – вскрикнула Лёшка, – я же про ворону совсем забыла!
Она кинулась на кухню, подняла с пола кружку и крышку от сковородки, стянула ворону с верхнего шкафчика и позвала брата:
– Смотри, тарелки все чистые! И сковородка. Наша ворона снова всё сожрала, до последней котлеты. Да ещё и крышку на сковородке умудрилась открыть.
– И салат мой умяла, и опять не потолстела ничуть, – удивился Ромка. – А я ведь много оставил. И хлеба нет. Даже чёрствый съела.
– Очень умная потому что. Я где-то читала, что у вороны интеллект семилетнего ребёнка. А хлеб она, небось, размочила, потому что сухой не ест. Так и есть, смотри, в чашке с чаем плавают крошки.
– Значит, на улице и в лесу со своим интеллектом не пропадёт, когда от нас улетит. Скорее бы это случилось, а то нас мама убьёт быстрее, чем Павел вора.
Водворив ворону на лоджию, брат с сестрой выбежали во двор.
– Смотри, бабульки как сидели, так и сидят, – показала Лёшка на скамеечку за песочницей. – Они из Славкиного подъезда, и он, наверное, знает, как их зовут.
– Тогда идём сначала к нему, – сказал Ромка и, когда Славка открыл им дверь, прямо с порога потребовал: – Проверь, все ли ваши ключи на месте.
Подойдя к вешалке, Славка позвенел своей курткой.
– Мои – у меня. Бабушка, ты в сегодняшней суматохе свои ключи, случайно, не потеряла? – крикнул он в глубь квартиры.
– Что ты, Славик, конечно, нет, – отозвалась Мария Андреевна.
– А свои ключи родители с собой увезли, далеко, за границу. Сейчас проверю, где запасные. Ага, вот и они. Как висели вот тут, на гвоздике возле вешалки, так и висят. Да что случилось-то?
– Мы рано, оказывается, успокоились, – ответил Ромка и рассказал ему про прилипший к перчатке розовый лепесток и про выводы, которые они с Лёшкой сделали.
– Но если он сумел открыть нашу дверь, то может снова прийти, когда нас дома не будет! Или бабушку опять напугает, – испугался Славка. – Значит, надо быстрее найти того, кто икону украл!
– Вот именно, – закивал Ромка.
– С чего начнём?
– С ваших бабулек, известное дело. Они лучше любой камеры наблюдения будут.
Одну Славкину соседку звали бабушкой Таней, другую, постарше, – бабушкой Клавой. Друзья с обеими поздоровались, Ромка подсел к ним поближе, Лёшка и Славка встали напротив.