– Помню я, как батюшка упал в обморок, когда увидел, что киот пуст. И перед тем я возле церкви была, где-то там серёжку свою обронила и очень долго её искала. Меня никто не заметил, зато я, кроме Павла, ещё одного парня видела. Но не уверена, что он и есть вор. Могла и других упустить, меня моя серёжка больше интересовала.
– Да кто он? – воскликнул в нетерпении Ромка.
– Парень такой симпатичный, в красной футболке, я его и раньше не раз встречала, он всё глазки мне строил, только я с приезжими не собиралась дружбу водить. Зачем? Они уедут, а я останусь. Так вот, парень этот, когда подошёл автобус, чтобы их в Москву отвезти, прямо от церкви бежал и в руках что-то нёс.
– А как его звали?
– Не знаю и знать не хотела. Это о Павле тогда все судачили, потому его я запомнила.
– А что ж вы об этом студенте в милиции не сказали? – спросила Лёшка.
– А доносить не хотела. В то время лучше было сидеть да помалкивать. Хотя и наше время не лучше. – Люба вздохнула. – Это всё. Больше мне нечего вам сказать.
– И на этом спасибо! – воскликнул Ромка. – Вы и представить себе не можете, как нам помогли.
Уйдя от Любы, Ромка радовался как ребёнок.
– Какой я умный, однако! – то и дело восклицал он. – Надумал сюда поехать – и вот результат! И как всё просто, оказывается. Теперь я знаю, зачем вору понадобилось облить газету: он хотел цвета одежды стереть, чтобы о его красной футболке никто не вспомнил. Вот так часто бывает: ищешь, ищешь, уже отчаешься, как вдруг удача на тебя прямо как с неба сваливается. Теперь нам осталось только узнать, у кого из студентов была футболка красного цвета, – и вор будет изобличён. Павел его, конечно, не убьёт, но репутацию поломает.
– А как этот парень мог узнать о фотогазете? Ему же никто не сказал, – задумалась Лёшка.
– Может быть, сам Павел сказал, мы же его не расспрашивали, с кем он разговаривал после встречи. А Анна об этом могла не знать, не следит же она за ним постоянно.
Ромка взглянул на часы, и его обуяла новая радость.
– Как мы быстро отделались! Я боялся, что будем тут бродить весь день, но теперь у нас уйма времени. Женька, веди нас в свои пещеры. Они далеко отсюда?
– Нет, – покачал головой новый друг, – с полкилометра всего. Надо дойти до оврага и ещё чуть-чуть пройти вдоль него. Когда-то в них экскурсии были, потом прекратились, но спелеологи из Москвы всё равно приезжают, правда, как правило, в выходные. А сегодня понедельник, так что, скорей всего, мы никого там не встретим.
– А не заблудимся? – с опаской спросила Лёшка.
– Что ты! Я в этих пещерах был много раз и фонарь большой с собой взял. Да мы и не пойдём далеко, так что со сталактитами и сталагмитами придётся повременить, в следующий раз их поищем. А вот сказочную пещеру смогу показать. Её стены и потолок отражают свет, как только направишь на них фонарик, так они в ответ заиграют всеми огнями. Тут в селе один человек есть, Арсений Иванович, он эти пещеры как два пальца знает и нас с папой в ту особенную водил. Но сегодня мы и без него обойдёмся. Глубина у неё небольшая – всего четырнадцать метров, спустимся туда с лёгкостью.
Глава XI
В пещерах
Дорога к оврагу была безлюдной и вилась сначала вдоль унылого, ждущего зимы поля, затем перетекла в небольшой лесок. Солнце то показывалось, высвечивая голые ветви, то исчезало, и тогда верхушки деревьев мрачнели на сером небе.
Впрочем, такая нерадостная картина ничуть не портила настроение любителям приключений. Вскоре они достигли оврага и принялись искать вход в пещеры. Нашли нескоро. Женя искал запомнившееся ему какое-то искривлённое дерево, а здесь таких было много. Но вскоре по одним ему известным приметам он это дерево нашёл и подозвал Ромку с Лёшкой.
За иссохшим высоким бурьяном они увидели небольшую дыру, забросанную ветвями. Рядом с ней стоял столбик, под ним валялась табличка, надпись на ней гласила: «Вход категорически запрещён».
– Хорошо, что не камни, – отбросив ветви, сказал Женя и пояснил: – Раньше вход сюда был завален огромными валунами, но спелеологи его вскрыли, а местные власти снова завалить не успели и только, – смех один! – прикрепили табличку. Там, вдали, – махнул он рукой, – есть и другие проходы, но этот самый удобный. Выработки велись во многих местах, а потом монахи – здесь когда-то был монастырь – их ходами соединили, и даже, говорят, один из них к церкви проложен. Правда, это пока не доказано. Ну что, вперёд?
– Вперёд! – с энтузиазмом воскликнул Ромка.
Друзья протиснулись в низкий узкий лаз, быстро оказались в довольно широком и высоком проходе и стали спускаться вниз. Спуск был пологим, свет снаружи угасал потихоньку, не пропадая совсем, и Лёшка с любопытством глазела по сторонам. От сырости на стенах узорчато разрослись зелёные водоросли, где-то впереди что-то капало. Воздух был не затхлым, как она ожидала, а неожиданно чистым, приятным, которым хотелось дышать полной грудью.