Незадолго до отъезда из Англии художник Дж. Хейтер написал портрет Елизаветы Ксаверьевны. На графине «ван-дейковский наряд»: малиновый берет с большим пером, пышное платье с кружевными воротником и манжетами, в руке веер со страусовыми перьями. Слева изображены органные трубы — намек на увлечение Елизаветы Ксаверьевны органной музыкой. В России она считалась одной из лучших органисток.
На родину Михаил Семенович и Елизавета Ксаверьевна возвращались на пароходе. 4 августа 1832 года они уже были в Петербурге. Там М. С. Воронцов встретился с адмиралом А. С. Грейгом, который обратился к нему с необычной просьбой — стать секундантом в его дуэли с морским министром А. В. Моллером. Как ни был озадачен Михаил Семенович предстоящей дуэлью адмирала с министром, он не мог отказать своему другу. Много лет тому назад он согласился быть секундантом на дуэли Д. В. Арсеньева. Тогда его друг был убит. А чем закончится эта дуэль?..
Причиной дуэли стал длившийся не один год конфликт между Грейгом и Моллером. А. С. Грейг, человек честный и принципиальный, был безжалостен к тем, кто пытался поживиться за счет казны. «Пострадавшие» засыпали Петербург поклепами на адмирала, их обидчика. Расследования жалоб длились месяцами, а иногда растягивались и на годы. Раздражение Алексея Самуиловича росло, в очередном споре с министром он посчитал себя оскорбленным и вызвал того на дуэль.
О событиях, связанных с назначенной дуэлью, известно из рассказа доктора Проута. В день дуэли рано утром М. С. Воронцов, А. С. Грейг и Проут отправились на окраину Петербурга в Красный трактир. В ожидании Моллера Михаил Семенович и Алексей Самуилович заказали завтрак. Пили чай со сливками, ели хлеб с маслом и яйца всмятку. Оба были спокойны и хладнокровны.
«Моллер запаздывает», — сказал Михаил Семенович.
«Очень не деликатно, — заметил Алексей Самуилович, — он должен бы быть за пять минут до сроку, а теперь уже четверть часа сверх срока».
«Точно так», — подтвердил Михаил Семенович, посмотрев на часы.
Около 9 часов на дороге показалась коляска. Но в ней приехал не адмирал А. В. Моллер, а обер-полицмейстер Кутузов. Полицмейстер передал Воронцову и Грейгу приглашение Николая I прибыть в Зимний дворец. Там они увидели Моллера. Император сумел помирить поссорившихся адмиралов, и дуэль не состоялась4.
Однако в конфликте Грейга и Моллера победа оказалась на стороне последнего. 2 августа 1833 года Грейг был освобожден от должности главного командира Черноморского флота, назначен членом Государственного Совета и должен был жить и служить в Петербурге. Отзыв Алексея Самуиловича из Новороссии явился для Михаила Семеновича еще одной потерей.
До отъезда из Петербурга на одном из званых вечеров чета Воронцовых встретилась с четой Пушкиных. Наталья Николаевна, представленная Елизавете Ксаверьевне, показалась графине худенькой, бледной и маленькой. Видимо, именно на этом вечере Пушкин попросил Елизавету Ксаверьевну помочь ему в поисках заинтересовавшей его рукописи графа Ивана Потоцкого.
Из Петербурга Воронцовы направилась в Москву. Пребывание в первопрестольной было очень коротким. Они съездили на два дня в Андреевское, чтобы поклониться могиле Александра Романовича, а затем поспешили в Одессу.
Одесситы заждались своего генерал-губернатора. А. Я. Булгаков писал брату, что в городе делаются большие приготовления для встречи Михаила Семеновича. Намечены народное празднество, иллюминация, а некоторые жители хотят пойти навстречу генерал-губернатору, выпрячь лошадей из экипажа и везти его в город на себе. «Дело сбыточное, — продолжал он, — но я уверен, что ежели граф об этом узнает, то приедет нарочно ночью. Такие изъявления слишком уже увеличены, чтобы было приятно человеку столь скромному, каков наш добрый Воронцов, который делает добро только для того, что это пища души его»5.
Глава XXI
ОДЕССИТЫ И ПУШКИН ПОМНИЛИ ДРУГ О ДРУГЕ
В. В. Кунин утверждает, что М. С. Воронцов «хотел искоренить в Одессе даже память о Пушкине»1. В действительности одесситы помнили о Пушкине и проявляли большой интерес к его творчеству. Этому в немалой степени способствовало увлечение Елизаветы Ксаверьевны поэзией Пушкина и возраставшее с годами понимание и признание его творчества Михаилом Семеновичем. Пушкин также часто вспоминал этот город и своих одесских приятелей и знакомых.