В Эриванском уезде (жаль, что не область) мы начали возобновлять и улучшивать старые водопроводы, совершенно брошенные после управления Розена; дело идет с успехом; я велю о том составить для тебя выписку в Тифлисе. Другое дело у нас в хорошем ходу: положение высшего магометанского сословия, лишенного всякой собственности по распоряжениям барона Гана. Государь уже изволил утвердить, и им объявлено, что все земли, бывшие во владении у агаларов, им отдаются навсегда потомственно; теперь дело идет только о некоторых подробностях насчет повинностей, которыми будут обязаны поселяне, живущие на землях, принадлежащих бекам и агаларам. Проект об этом был послан в Петербург, там рассмотрен, прислан сюда для некоторых объяснений, и скоро выйдет положение; я надеюсь, что это дело утвердит спокойствие и верность к нам здешних мусульман, которые вообще приняли это с большою благодарностью.
По общему управлению края составляется проект об особой Имеретинской области, а в последствии мне бы хотелось иметь такую же Эриванскую или Армянскую, сделай милость напиши мне об этом деле твое мнение. По части дорог я стараюсь и надеюсь устроить прибрежную дорогу от Сухум-Кале до Редут-Кале с паромными переправами через Кодор и Ингур, близ устьев сих рек, где они расширились, не так быстры и сердиты, как выше. В Сухум-Кале я уже с прошлого года начал сушить болота и это дело идет хотя тихо, но не без успеха. От Редут-Кале до Кутаиса инженеры путей сообщения так умели устроить и направить, что нет никакого проезда даже верхом, и все идет как вверх, так и вниз, Рионом. Из Имеретии до Сурама, по милости тех же художников, более 4-х месяцев не было никакого колесного сообщения. Обе эти дороги теперь в ходу по другим направлениям, прежде бывшим и от которых округ направил на другие, как будто нарочно, чтобы всегда брать деньги на ремонт и никогда не иметь дороги. Дормез, присланный ко мне из Одессы в октябре, дошел до Тифлиса только в апреле и то с большими повреждениями; можешь судить, каково для частных лиц и купцов! Генер. — майор Бюрно делает прекрасное шоссе по Шинскому ущелью и речке Ахты-Чай до сел. Ахты; эта дорога будет драгоценная во всех отношениях и укоротит более нежели на 200 верст для военных движений и торговли из Кахетии в Южный Дагестан и Дербент.
Ген. — майор Горский сделал большую вырубку леса и прекрасную широкую дорогу от укрепления Натлис-Мтцемели среди деревни Сабуи до подошвы горы Кодор, а теперь делает таковую зигзагами до вершины оной; наконец, здесь мы исправляем сколько можно с прошлого года большую Военно-грузинскую дорогу и перевал через Кашаур, совершенно брошенный и забытый в последние два или три года, потому что они затеяли дорогу по Гудошаурскому ущелью от Пассануара до Казбека, для обхода теперешних затруднений. Я не могу судить, будет ли или нет полезна эта новая дорога, об этом много споров; но во всяком случае она не будет готова еще через 10 лет, а между тем никакого проезда бы не было.
Вот главные наши занятия как по военной, так и по гражданской части. Я боюсь, что ты будешь даже испуган огромностью этого письма; но я хотел на сей раз, пользуясь случайным досугом, дать тебе понятие, сколько мог вспомнить, о всем, что делается, а на будущее время устрою для тебя регулярные выписки.
Вчера и сегодня, 2 июля, мы ничего не получили о движениях неприятеля, и можно полагать, что, если сбор действительно есть, то они потянулись на Левый фланг и на Кумыкскую плоскость; к вечеру или завтра это должно объясниться. Я забыл тебе отвечать на счет петербургской моей поездки, но подробности письма сего послужат лучшим ответом. Возможно ли при таких обстоятельствах и начатых делах так далеко отлучиться? Дай Бог только, чтобы я мог осенью поехать отдыхать несколько недель на южном берегу Крыма; там, с помощью пароходов, я могу скоро и обо всем узнавать и, если нужно, сюда возвратиться, а отдых этот для меня нужен и весьма бы был приятен.