Белая кожа, вся в ссадинах и знакомых синяках, открытая. Руки, сцепленные металлическими оковами, ко всему прочему через лопатки цепью соединённый тяжёлым металлическим ошейником. Запястья, перетертые в кровь от этих оков, точно говорили о том, что Петер не понимает в насколько плачевном состоянии находится. И всё это на фоне отвратительного сырого помещения полного настолько омерзительных воспоминаний, что Жан так и не смог понять, как не упал или не сбежал. Дыхание перехватило, когда взгляд Моро зацепился за то, как сняв со стены тонкий железный прут, Джонатан с улыбкой сильно ткнул им в открывшуюся рану где-то на спине альбиноса, а когда тот рванулся за ним, его тут же ударил Адам, а Петер уже кидается за ним, да вот только огромная металлическая цепь от стены, не позволила ему сделать лишнего шага.
Крупный ошейник душил его, ограничивая каждое движение. Всё трещало и скрежетало. И сам Петер не мог осознать абсолютно ничего. Он рыпался вперёд и каждый раз откинувшись слишком далеко начинал душить себя, возвращался, прерывисто дышал, скулил и рычал от нового удара и снова кидался вперёд и всё по новой.
Полная бессознательность.
И конечно, не лучше прочего.
Чёртов намордник.
Широкие прутья, сцепленные небольшими болтиками и ремешками, и сцепленные на затылке застёжки.
Жан чувствовал, как от ужаса у него отнялись конечности, на это мгновение он даже забыл, как дышать. Такой вид Петера просто уничтожал его. Как и те смешки и наглые тычки, что Джонатана и Адам с Кэрролом обрушали на Зверя. Петер кидался вперёд, пытался снова ухватить кусок чужой плоти, но каждую минуту его болезненно пинали, и эта боль явно преумножалась раз пять, судя по тем крикам и рычаниям, что проходились по комнате почти что эхом.
– Доброе пожаловать к Воронам, – Рико поприветствовал его, изобразив гостеприимство и дружелюбие. Жан не хотел его слышать. Эти слова отдаются болезненным эхом, но даже близко эта головная боль не сравнится с той, что ощутил Жан, когда увидел, что вытворяют с его другом. Как разрывается на части его перепуганное сердце. Бьётся на осколки с каждым болезненным криком Петера и жалобным скулением, с каждым злобным рыком и попыткой сцапать кого-то, но вместо этого получающий лишь оплеухи и вновь начинает задыхаться от боли из-за сцепленного ошейника.
– Прекрати это! – Жан резко рванулся вперёд. Каким-то образом осознал, что это всё блядская постановка! На тренировке… Джонатан, тот парень в толпе, всё спланировано. Моро осознает это в мгновение ока. Он поднял взгляд на Рико и в очередной раз поразился тому, насколько изощрённым ублюдком он может быть.
Но ведь сейчас это уже не играло никакой роли.
Рико был доволен проделанной работой, видно по тому, как вальяжно он развалился на деревянном кресле возле одного из столов, как закинул лодыжку на колено, как подпёр пальцами висок, держа пару пальцев под своим тату. Моро пробивает дрожь от этого холодного взгляда вкупе с маниакальной ухмылкой на лице Короля. Он молящими глазами взглянул на друга рядом.
– Кевин?
Дэй даже не взглянул на него. Он опирается на стол и сцепляет зубы. Он не мог помешать Рико. Пока что Петеру не грозит ничего кроме истощения и пары дней ноющей боли. Кевин не влезет в это, пока Морияма не зайдет слишком далеко. Моро качает головой и смотрит на Юманеса, но тот так же спокойно стоит рядом со своим Королем и даже не пытается помогать.
Можно было увидеть, как медленно искажается полное паники лицо француза в гримасу злобы. Никто из Воронов, издевавшихся над его другом, даже не обратил на него особого внимания. До момента пока он не откинул одного из них за шкирку и на возмущения лишь выругался на французском.
– Петер, – Жан не был готов, видеть всё это безумие, наблюдать и просто радоваться тому, что это не он. Мысль «главное, что не я», уже давно не появлялась в его сознании. «Лучше бы я», новая мысль. Глаза Петера были как стеклянные, пустые от злобы. Моро присел напротив. Он осёкся, когда потянулся к голове друга. – Петер! Это я!..
Моро не успел даже договорить, напомнить о себе, как рычащий громкий удар огласил комнату. Петер, решивший что перед ним обидчик, с силой рванулся вперёд и боднул француза любом куда-то в переносицу.
– Он ударил его… – ошарашенно проговорил Джон и переглянулись с друзьями, те были в неменьшем шоке.