Каждого.
Рико. Джонатан, если честно, до сих пор не помнил, как он сложил отношения с ним. Он помнил, как познакомился с Мейсоном.
«– Вытворишь какую-то херню и подставишь меня, поверь, мало тебе не покажется».
Это он дал ему понять в первый день, и Джон правда старался не усугублять своего положения. Он попал в это место не то, чтобы по своей воле, но почему-то оно казалось ему заманчивее, чем то, что ждало его в противовес. Смерть, скорее всего. В тюрьме он бы не выжил, он знал это.
Гнездо не сильно отличалось от тюрьмы, честно признать, но у неё были свои плюсы и минусы. Плюс, например, он и правда смог пробиться во второй состав. Минус, он познакомился с Рико. Это вышло случайно. Оказывается, чем выше ты поднимаешься, тем больше у тебя шансов пересечься с ним. Не просто увидеть. Больше шансов что он увидит тебя. И это не предвещает ничего хорошего. Но ему повезло. Рико нужен был кто-то кто выполнит его небольшое поручение. Джон, честно, даже под пытками уже не вспомнит что это было за поручение, но, судя по всему, выполнил он его как надо. Потому что позже, Рико поручил ему что-то ещё и ещё и таким образом, их дистанция сократилась на несколько шагов. Рико позволял ему и Адаму с Кэрролом отыгрываться на Воронах, что не представляли никакой ценности. Не совсем приятное занятие, но всё же избить кого-то до кровавых соплей иногда полезно, для нервной системы, но Джон не любил злоупотреблять этим.
Особенно когда узнал про Зверя.
В тот период он уже познакомился с Адамом и Кэрролом и, даже, подружился с ними, а общение с Мейсоном, благодаря переходу во второй состав, сократилось, хотя они всё равно оставались напарниками и всё так же получали в равной степени и исправно вместе.
Джонатан оглянулся, когда выходил из кафетерия. Адама и Кэррол куда-то запропастились, Моро один за столом. И правда. До сих пор один. Сколько раз Харвис уже обращал на это внимания и сколько раз понимал, что Ландвисон отлип от Жана, хотя…
«– Ты только что выплюнул угрозу изнасилования?»
Как бы ни так. Скорее Земля с орбиты сойдёт, чем Петер бросит Моро. И от этого отвратительно. Хочется плеваться ядом, хочется нацедить столько, чтобы самому уже захлебнуться в нём. Уже просто невыносимо видеть это всё. Да он надеялся, он правда надеялся, что Петер… перегорел? Что он, наконец, понял, что Моро – балласт. Понял, что Моро не тот, кто ему нужен.
Не нужен.
Моро вообще никому не нужен.
Грёбаная бесхребетная шлюха. Джонатан навсегда запомнил то, как жалко Моро ползал на коленях силясь, наконец, перецеловать ботинки всех в той дрянной Преисподней. Так он отплачивает Ландвисону за то, что тот кладёт свою жизнь спасая его? Сам же унижает себя? Даже не может забрать блядский ключ. Со своим-то ростом и силой. Блядская тряпка.
Петеру следовало бросить его. Бросить, чтобы им наконец обтёрли пол, так как он того заслужил.
– Смотри-ка какой смирный, он точно там не сдох? – уточнил Морияма, крутя поднятую за лохмы, голову Ландвисона.
– Успокоительное, – напомнил Юманес. Рико хмыкнул и откинул от себя тушку, отряхнул руки, словно от пыли и ногой повернул вырубленного Ландвисона на спину, носком ботинка приподняв его подбородок и наморщился, убирая ногу.
– Раздевайте его, – и тут же они кинулись исполнять приказ Рико: Адам стянул обувь, Кэррол срывал брюки, совсем не заботясь о приятной ткани и молочно-белом оттенке, измазав в бетонной крошке каждый лоскут. Джонатан почувствовал себя идиотом, когда пытался снять бежевую рубашку Ландвисона более аккуратно, он сам даже не отдал себе отчёта и, понадеявшись, что никто не обратил на это внимания с силой рванул её. Пуговицы которой поотлетали к чёртовой матери. Джон грубо приподнял Петера за волосы, и принялся сдёргивать рукава и невольно цеплялся взглядом за каждый плавный шрам, за каждую почти исчезнувшую жёлтую гематому и за каждую свежую только наливающуюся багровым оттенком и за каждую разросшуюся почти чёрную область. Гадость.