На таком фоне светлый, нетронутый, чистый образ северного принца смотрелся особенно привлекательно. Аппетитно. Аппетитно настолько, что хотелось посильнее вцепиться в него зубами, разорваться белоснежную кожу и выпустить наружу побольше крови. Хотелось упиться ей до потери сознания, хотелось насладиться до оглушения приятными криками боли.
Боль. Это Рико хотел сейчас увидеть.
– Я с тобой не чаепитие собираюсь устраивать, ясно? – как бы на всякий случай уточнил капитан и поймал едкую, ироничную, улыбку ауэстерца.
– Честно признаться, я просто ненавижу чай, – вскинув руку, он привычно прикрыл ей губы в тихом смехе. Ну да, привычно. Итана было тяжело не запомнить. Он слишком уж выделялся на монохромном черно–красном антураже Вороньего Гнезда. Весь такой контрастно белый. А в то же время он словно сливался с ним воедино. Вся эта его лживость. Она одновременно и делала его своим, а в то же время не подпускала никого.
Рико поймал чужой яркий наглый, требовательный взгляд и, конечно, это стало его последней каплей. Заебал.
Морияма размерено, давая время передумать, подошел. Рванул его за ворот чёрной кофты и заставил присесть, подстроившись под, хоть и небольшую, но всё равно имевшуюся разницу в их росте. Итан не сводит довольного, победного взгляда с чужого и держит одобряющую улыбку. Рико рванул его к стене, крепко вбив в неё, сжав белую шею. Глухая боль разлилась по черепу и Итан наконец смог улыбнуться по–настоящему блаженною. Да. Наконец–то.
– Тебе по вкусу такое, а? – прощупывает почву и всё равно Итан не мог сдержать злорадного смешка и тона.
– Не~ет, – пропел принц и перехватил чужое запястье. Хотя вместо того, чтобы оторвать ладонь от себя, Вулф сильнее впечатывает ту в собственную белую, мягкую, чувствительную кожу. Он заставляет ногти до красноты врезаться в неё. Тянет ниже чужую руку, оставляя еле заметные царапины и вмятины. – Но если ты немного поднапряжёшься и постараешься, то явно станешь по вкусу, Рико~.
Итан довольно вытянул шею, чувствуя, как ту на мгновение сжали крепче. Количество разочарования, что обрушилось на него в мгновение отдёрнутой руки японца, было сравнимо, наверное, только с количеством так же обрушившегося воздуха.
Рико не собирался устраивать беспредел прямо в коридоре. С осознанием этого Итан послушно следует за капитаном, что дал ему соответствующий жест. Итан чувствовал, как приятно слабеют ноги, стоило вспомнить ощущение крепко сжатых на шее пальцев, стоит вспомнить ту приятную режущую боль. И это ощущение предательски усилилось, когда ладонь Мориямы грубо толкнула его в спину. Дверь тихо хлопнула, щёлкнул замок. Капитан окинул парня перед собой тем же оценивающим взглядом, пока только оценил масштаб работы, в то время как сам Итан бессовестно раз десять успел раздеть и одеть его своим настойчивым льдистым взглядом. Рико старался игнорировать его и приходит к выводу, что мозгов Итана хватило на предварительную подготовку, ведь он изначально знал, чего хочет добиться. И не ушёл бы без победы.
– Ну так и что тебе н?..
Итан не успел и договорить как от резко боли в колене подкосились ноги, и он присел, грубо схваченный за копну волос. Рико рванул его к борту кровати, впечатал затылком. Ощущение от тянущей тупой боли заставило выдавить довольную улыбку. Он нагло ухмыляется, произнося с каким–то деланым разочарованием.
– Ну же, Рико, – нагло поёт принц елейным тоном. – Разве это всё? Не разочаровывай меня~.
Голос принца сделался обиженным. Рико хмурится, поджимает губы. Мало ему?.. что ж, показать, что он может Рико легко может. Морияма грубо толкнул Итана в его довольное лицо. Раздражает. Раздражает ещё больше, чем воспоминания о сбежавшем Кевине или о Моро, что помог ему, или о Петер, чьё скорое возвращение обещает петь громкие «дифирамбы» его срывам в сторону француза. Бесит. Но видя на чужом лице, что давно должно исказиться ужасом и болью, необъяснимое довольство и предвкушение. Рико даже успел поймать то, как облизнув губы принц беззвучно выдохнул. Мазохист?