Ландвисон отчеканил каждое слово.
Из последнего разговора с Жаном ирландец уловил, Рико далеко не такая крупная фигуру, которую он о себе мнит. Он часть побочной ветви семьи Морияма. Подробности Петеру были не нужны. Единственное что было важно альбиносу. Он не опасен. Подлости и использование новичков как груш для битья – его предел. Но кто знает, что будет, когда груша ударит в ответ. Петер рассчитывал, что вскоре сможет сделать так, что Рико окажется в сломленном положении. Надеялся.
Рико молчит. Он отворачивается, с какой-то скукой и безынтересным презрением. Петер садится на место. Вернулся к своей порции куриного бульона с овощами. Придется повозиться, но что-то подсказывало Петеру, оно будет того стоить.
Ландвисон подскочил от того, как крепко ладонь Жана рядом сцепила его руку. Он поморщился от мгновенной жгучей боли.
– Это перебор, – прямо заявил Моро и сглотнул. Он оглядел побои юноши рядом. – Тебе влетит снова.
– Наплевать, – отмахнулся он, разломив по полам кусок хлеба, продолжил обедать. Желудок урчит. Словно он только что вспомнил, что должен делать это, сообщать организму о необходимости приема пищи.
– Что ты?.. – француз оглянулся и снова дернулся в сторону напарника. – На кой черт ты делаешь это?
– Ты против? – интересуется Петер со смехом. – Попросить его повернуться обратно?
Ландвисон уставился на профиль Мориямы и вздрогнул от чувства отвращения, что пробило все тело. Жан же, кажется, совсем потерялся от подобной наглости Петера. Он просто не нашёл что ответить, перевёл испуганный взгляд на стол в центре и сглотнул, постаравшись абстрагироваться от сжигающего медленного ужаса и паники. Стараясь отмахнуться от воспоминаний наручников и ремней на собственной коже. Жан тряхнул головой и утопил ужас в чашке горячего чая.
1. 3. Счастливого Дня Рождения. I часть
Очередное отвратительное утро знаменовалось очередным звоном будильник. Петер с трудом раскрывает глаза и тянется к прикроватной тумбе, найдя на ощупь телефон, попытки так с восьмой и проведя привычные манипуляции он отключил противный звон. Плывущим взглядом он взглянул на время и страдальчески скорчил лицо.
5:00.
Он отложил телефоне и, широко зевнув, откинул одеяло, спустил ноги на холодный пол. Ландвисон поёжился и оглянулся. На другой постели Моро уже так же поднимается, сонно растирает лицо. Петер сползает с постели и устало оглядывается.
Чёрный-красный.
Он ничего не успел сделать, а уже устал, стоило лишь подумать о том, что его сегодня ждёт. Две огромные изматывающие тренировки. У Петера заранее ломило кости. Хотя, конечно, обречённость могла скрасить и сегодняшняя дата.
1 июля.
Преддверье его Дня Рождения. Но что-то вот праздничного настроение не видать на горизонте от слова совсем, да и сам предстоящий день не казался ему праздничным как таковым. Всего лишь очередной отвратительный день.
Ландвисон наскоро заправляет постель, вправляет одеяло, оставив в целом не взбитую подушку и комканую простынь. Сейчас у него нет никакого желания возиться с ней. Он влезает в шкаф и, найдя пару вещей, зацепился взглядом за чёрные футболки и штаны. Петер вытягивает вешалку, отложив бежевую футболку и светлые джинсы на темную постель и раздражённо оглядел вешалку с тёмными шмотками на них. Ландвисону постоянно казалось, что кто-то роется и рыскает в их комнатах пока их нет, пока они заняты тренировками или малым, но все же имевшимся, «свободным временем». И постоянно обновляющийся гардероб в виде добавления таких вот тёмных вещичек только подтвердил это, но Дже просто ничего не мог с этим поделать, кроме как…
– Ты чего? – ещё сонный и только одевшийся в темный домашний облик Гнезда, Жан оглянулся на достаточно громкое шелестение. Он наблюдает как его друг снимает с вешалки черные вещи и живо закатывает их в один большой рулон. На его глазах Петер швырнул их в мусорное ведро и завязал черный мусорный пакет. Жан смотрит на мальчишку в другой части комнате недоуменно, почти ошарашено.
– Перед тренировкой заскочим за ворота, надо мусор вынести, – Ландвисон беспечен откинул пакет с «мусором» в сторону выхода и принялся одеваться в свои вещи.
– Ты довыпендриваешься и тебя такими темпами вообще без одежды оставят, – предостерегает Моро. Дже оглянулся на него недоуменно и вскинул брови и хмыкает, расчёсывая волосы пальцами, он движется в сторону выхода.