«– Ты всегда быстро схватывал».
Слова тренера отдались в голове раздражительным боем.
– Этот ублюдок пырнул меня, – пояснил Жан, чем мгновенно привлёк внимание друга, – Чуть не пострадала бедренная артерия. До полного заживления выход на поле не желателен. Тренер отставил меня во второй состав.
Петер ощутил, словно его пробило разрядом острого тока от подобных слов. Второй состав. Он оглянулся на Жана. Второй состав. Петер по пальцам одной руки мог пересчитать, когда второй состав играл по–настоящему. Он стиснул зубы. Если Жан останется во втором составе, это не предвещает ничего хорошего.
Заменят.
Они станут просто бесполезными и что в итоге?
Конец.
Петер занялся этим вопросом быстро. Шесть вечера. Вечерняя тренировка.
Пока состав Воронов занимал разминкой, Петер поймал вышедшего в пред–игровую зону тренер.
– Можно Вас?
Тетцудзи обернулся к нему, окинул вопросительным взглядом и отвернулся.
– Иди на поле. Все вопросы после тренировки.
– Жан во втором составе, – не выдержал Петер и продолжил упрямо наседать, – Но почему? Его игра ничем не хуже, чем моя!
– Он не может играть, – просто отозвался тренер, – В этом сезоне мне нужны на сто процентов готовые игроки. Ты слышал о произошедшем, верно?
– Да! Кевин сбежал, но причём тут это?
– Он вступил в другую команду, на правах второго тренера, – поясняет Тетцудзи.
– И что с того? Он волен идти куда хочет. Вы же порвали с ним контракт.
– Он был не дееспособен. Зачем мне балласт в составе?
– Его поломал Рико, – справедливо заметил Петер и продолжил спор, – Зачем Вам в команде тот, кто создаёт эти балласты?
Трость цокнула, врезавшись в локоть. Предупреждение. Петер шикнул.
– Ты забываешься, – Морияма–старший продолжил, – Кевин стал вторым тренером в Южной Каролине. Университет Пальметта. А теперь, до меня дошел слух, что со следующего сезона он собирается вернуться на поле.
Пальметта. Лисы. Петер нахмурился. Эту команду он знал. Печально известные отщепенцы. Крутятся, где–то в низах и что Кевин забыл у них? Ещё и собирался выйти в их составе?..
Петер мотнул головой, понимая, что в целом, ему наплевать. Кевин не волнует его от слова совсем.
– На Дэя мне наплевать. Верните Жана в основной состав! – просит Дже и растирает место удара. Петер сглотнул, – Никто не удержит Рико, если он решит поломать так же Жана. Если Жан будет в основном составе, у него будут хоть какие–то рамки.
– Моро нечего там делать. Он не сможет играть в полную силу. Когда мы встретимся с Лисами в осеннем сезоне, мне ни к чему поломанные шестерни.
Тетцудзи отвернулся и оглянулся на развернувшуюся разминку. Петер оглянулся назад, затем на собственные руки и снова поднял взгляд на тренера. На языке закислило от одного предвкушения, что он собирался сказать. Ему было наплевать на вероятные игры, плевать на то, что Вороны и Лисы — это два абсолютно разных округа, наплевать, где там грёбаный Дэй. Всё это не важно.
– Я буду, – внезапно отозвался Петер. Тетцудзи перевел на него взгляд. Раньше Петер бы взбесился, раньше он бы принялся топтать репутацию Мориям у всех на глазах, раньше бы он снова заставил содрогаться всё Гнездо. Раньше. Но что сейчас? Разве это сработает? Нет. Он должен действовать иначе. Если он правда хочет, чтобы с Жаном всё было в порядке, у него остаётся не так много вариантов, – Я буду вести игру за двоих.
Тетцудзи уставился на него ещё более скептично. Он вскинул трость, шафта коснулась его шеи и дёрнулся вперёд, тренер уставился ему в глаза. Черные. Такие же пустые.
– Я буду носится хоть все таймы без замены, – обещает Петер, – Верните Жана в состав.
Уже через минуту Тетцудзи отпустил его.
– Решу после того, как увижу результат.
Петер кивает.
– Я дам Вам результат.
Первая игра марта состоялась с Вирджинией. Их Соколы на поле Эдгара Алана.
Жан так и остался во втором составе на эту игру.
Петер выходит в первом составе следом за Рико и Итаном. Вулфа, ожидаемо, поставили на место Кевина. Хотя на тренировках он не то, чтобы успел отличиться, но похоже, никого это не волновало. Он играл, пускай и на разминке вёл себя скучающе. Хотя, когда Морияма обратил на него внимание, крепко саданув клюшкой по задней части колен, тот явно приободрился.