Острие ножа врезалось в грудь. Где-то на полу цокнули две чёрные пуговицы. Артур всхлипнул и сцепил зубы. Руки потянулись к оставшимся пуговицам.
– Неужели, – цокнул Рико.
Он отступил. Артур снял галстук. Рубашку. Туфли и носки. Брюки. Нижнее белье. Он не думал о том, как сейчас выглядит. Не хотел думать.
Рико не стал церемониться больше ни секунды, ядовитая усмешка прокатилась по его лицу, он подцепил ножом с пола красный галстук, протянул его Артуру.
– Его можно и оставить.
Артур смотрит теми же большими глазами.
– Надевай, – громыхнул Рико.
Юманес дрожащими руками забирает галстук и натягивает его через голову. Теперь он ещё меньше хотел знать, как он выглядит.
Отвратительно, омерзительно, вульгарно.
И судя по взгляду Мориямы, его веселила эта картина. Артур боится смотреть ему в глаза, боялся смотреть на его лицо. Он чувствовал себя просто ужасно. Живот стягивало болезненной судорогой, он стремится сжаться как можно сильнее. Исчезнуть. Просто… раствориться.
– На колени, – Артур послушно следует приказу. Отвратительно предчувствие, – осознание, – того, что ждёт его дальше, ничуть не помогало. Морияма отошёл, опершись спиной и локтями на тумбы раковин, а Юманесу не осталось ничего как последовать за ним, – Принимайся.
Артур ощущал как дрожь отвращения к самому себе пробивает его. Руки поднимаются, дрожащие и неполные пальцы, касаются застёжки брюк ремня. Он внезапно подумал, что ему повезло хотя бы в том, что Рико не решил отхлестать его, хотя, всё ещё могло измениться.
Юманес касается языком головки, медленно вбирает в рот, осознавая, что на каждое это робкое действие тело Мориямы отзывается достаточно приветственно. Рико нравились чужие унижения и чужая боль. Хотя наблюдать за унижением Артура, наверное, давно стало скучно и привычно. Это ведь даже не унижение уже, это… обыденность.
Он вбирает глубже, языком мягко обходит уздечку, ощущая, что Рико уже подрагивает от нетерпения. Артур не успел свыкнуться с этой мыслью, как его так же нетерпеливо рванули за затылок вперёд. Юманес качнулся от неожиданности, вцепившись в чужую штанину, но тут же испуганно отпрянул. Рико не отпускал его, продолжая упирать закаменевший член в его глотку. Принимаясь жёстко двигать его голову, сам насаживая чужой рот на собственный возбуждённый орган. Артур ощущал, как его тут же начали накрывать рвотные позывы и ужас от ощущения удушья. Он попросту не мог дышать. В панике Артур заколотил по столешнице, пытаясь вырваться. Рико отпустил его, но крепко перехватив за волосы, дал секундную передышку и снова заставил Юманеса давиться. Рико двигался грубо, не заботятся ни о чем, кроме собственного возбуждения. Он ускорял его, замедлял, не давая ни шанса на то чтобы уловить необходимый темп, Рико менял его по одному велению и Артуру не оставалось ничего, кроме как подчиниться и следовать за движениями Короля, надеясь уловить хоть какую-то закономерность, а до тех пор стараться не задевать зубами возбужденного члена и к тому же использовать язык.
Уловить ни ритма, ни темпа, ни закономерности Артур просто не смог. Когда у него только-только начало что-то получаться и вырисовываться, Морияма с рыком рванул его назад от себя излившись на зарёванное лицо: остатки слёз, слюна и несколько струек крови из разбитого носа смешались со спермой. Та стекала по лицу, касаясь и рта и шеи и подбородка, а из-за своей вязкости противно залепила глаза. Подняв одну руку, Юманес успел протереть оба глаза и ощутил на себе брезгливый взгляд Мориямы.
Артур ощутил, как его снова схватили за волосы, рванули в сторону, впечатав животом в столешницы квадратных раковин.
– Погляди-ка, – голос Рико злой и жалящий, смеющийся, – каково это, ощущать себя шлюхой?
Артур всхлипнул, ощутил, как его больно дёрнули за копну кудрей и от этого он внезапно раскрыл глаза. Из отражения он, наконец, понял, что так веселило Морияму: забитый, загнанный, заплаканный взгляд; абсолютно тупейшие глаза; лицо, перепачканное спермой; голые плечи, грудь, на которую от шеи свисала красная вырвиглазная удавка. Артур ощутил настолько сильную волну отвращения к самому себе, что, не сдержавшись заплакал снова, громко всхлипнул, закусил губу.