Тренировка была обычной, шла в обычном темпе, и процессию как привычно вёл Рико. Да вот только что-то было не так. Жан не то чтобы видел, но ощущал это. Все вокруг были каким-то дёрганными от головы процессии до хвоста. Жан то и дело оглядывается, понимая, что из спокойных невозмутимых фигур осталось только Петер. Он смотрит так же вперёд в ожидании. Жан проводил пунктирную линию взглядом туда, куда смотрел его друг и раз за разом понимал, что смотрит он на Рико. Это никак не помогло Моро понять происходящего, а успокоиться тем более.
Петер выполнял все упражнения спокойно, на грани своих сил, как обычно. Все уже ждали, когда закончится разминка и когда начнётся настоящая тренировка. Но похоже, сегодня этому не суждено было случиться. Морияма на каждом шагу зло и раздражённо шипел, неестественно дёргался. К нему ожидаемо подрывался поддакивала Юманес. Он говорил на японском, а в ответ получал только взбешенный взгляд, но как странно, не отступал, его лицо было на удивление взволнованным и переживающим.
То, что его птицы стоят без дела, заметил и тренер. Он выкрикнул что-то, опять же на японском. Рико тут же забыл про Артура, оглянулся на дядю и двинулся в пред-игровую зону.
– Да что происходит?! – взвился Моро и оглянулся на друга. Тот оглядывается на поле, затем снова на пред-игровую зону.
– Ну, я хотел, чтобы представление было подольше, – медленно, с дьявольским акцентом, и тем не менее на французском, он ответил это. Жан крепко сцепил зубы, он молчит. Не хочет подставлять друга перед всеми. Они всё равно скоро сами всё поймут, Жан понимал это.
Все перевели взгляды на пред-игровую зону, там разнос шёл по полной системе: лицо тренера было злым, глаза сияли презрительностью и раздражением, он не вскидывал трости, но судя по виду Рико, он предпочел был получить несколько ударов этой тростью, нежели слышать то, что говорил ему дядя.
– Что он ему говорит? – Петер обратился к Дэю. Речь тренера было прекрасно слышно, но Кевин отрицательно качает головой. Переводить он не собирался. Дже закатил глаза, – Короче ничего хорошего.
Как итог тренировка оказалась сорвана. Вероятно, Тетцудзи проведет её позже, может через пару часов, перенесется второй ужин и отбой, свободного времени им не видать. Хотя сейчас все были отпущены восвояси, душ как ясно не требовался никому. Никто не успел вспотеть. Каждый стоял напротив своего шкафчика, переодеваясь. По раздевалке разносился взволнованный, кривой японский, Петер морщился от этого звука: подняв взгляд он видит то, как Артур хлопочет над Рико, что с поразительным спокойствием игнорирует его. Морияма был единственным, кто выходил из душа. И сейчас переодеваясь в свою домашнюю одежду, он выудил небольшой красный бумажный пакетик, у которого был оторван уголок.
Красный перец. Чили.
Петер опёрся спиной на шкафчики и наблюдает за стремительным мыслительным процессом Короля. Рико поднимает взгляд и сминает чёртову упаковку. Он смотрит точно на него, буквально прожигает этим взглядом, но Петер не шевелится, даже ощущая как весь центр внимания, даже взгляды остальных Воронов примагнитились к нему. Петер чувствовал себя абсолютно спокойно. По крайней мере внешне, Жан не увидел на нём никаких признаков волнения.
– Чего ты так на меня смотришь, Морияма? Я всё время был на поле. Это не могу быть я, – слышать собственные слова в исполнении альбиноса было просто невыносимо, и Петер сам прекрасно знал это. Голос звучал издевательски и нагло.
– Ты думаешь у меня мозгов не хватит додуматься, что только такой придурок как Пит Ландвисон способен на такую дрянь? – Рико швырнул смятый пакетик в сторону ирландца. Тот раздражённо наморщился и стряхнул с кофейной кофты рукавом несколько перчинок.
– Меня зовут Петер. Петер Ландвисон, - повторил альбинос почти по слогам, – И думаю, рано или поздно тебе придётся запомнить моё имя.
Рико смерил его уничижительным взглядом и здесь Петер уже встал, он оттолкнулся от шкафчика. Взгляд Рико скользнул на фигуру Моро рядом. Тот пытался держаться прямо, но было видно, как его пугал взгляд Рико. Когда японец шагнул в его сторону, Петер преградил ему дорогу.
– Ты глухой? Я сказал, это не я и тем более не он, – Петер наставил на Морияму палец и тут же получил по руке. Рико грубо врезал по ней и оттолкнул. Петер брезгливо сморщился от этого прикосновения, – Не нас одних ты выводишь из себя, но, если на то, что бы не молчать хватает смелости только у меня, не значит, что у кого-то не хватит мозгов сделать что-то подобное в тихую.