– Я хочу выжить.
Петеру на мгновение показалось, что он огорошил Жерара. Но нет. Он помолчал секунду и сказал.
– Ты не хочешь выжить. Кто-то другой, в твоём понимании должен выжить. Тот же Жан. Те, кто заботятся только о себе тут не выживут.
Жерар снова завел машину.
– А в тебе достаточно сил, чтобы позволить выжить кому-то ещё. Главное помни, что и спасти, и сломать можно кого угодно. Главное помнить, что вместе со сломанным врагом можешь оказаться сломан и ты, и чтобы не остаться утопленным разочарованием, придумай себе цель, благодаря которой валяясь сломанным в пропасти, ты всё равно будешь счастлив.
Машина тронулась, и Петер понял, что сидит так же в пол-оборота. Он ещё раз прогнал в голове слова Ворона и откинулся на спинку сиденья.
Дже зажал повязку на скуле. Сегодня все изменилось. Вот что он понял первым делом.
Выходит, сегодня он выступил в открытую. Он сможет сказать Рико то, что до этого лишь пытался. Сегодня он прямо говорит:
«Я здесь».
Но для чего.
Чтобы напомнить, что, глядя в сторону Моро, желая причинить ему боль, вы наткнётесь на нечто ещё. Нечто, что раньше не знали и не замечали.
Раньше Морияма даже не видел его, но теперь, ему придется разуть свои глаза. Всего лишь за символическую жертву в сотню баксов и мнимую свободу. Всего-то за это он обретает голос.
Жерар высадил его на парковке, и они вместе зашли в Гнездо. Все вышло как он и обещал. Петер вернулся задолго до начала вечерней тренировки. Скоро должен быть первый ужин. Все прошло намного быстрее чем он мог предположить.
Что ему осталось? Осталось задрать новую планку. Он научился бороться. Научился отвечать болью на боль.
Оказавшись в кафетерии и заняв место около центрального стола, Петер наблюдает за передним входом. Обычно Морияма приходил на пару с Дэем, и они занимали места в середине, за этим самым столом. Там, где их было всем видно, там, где никто не посмел бы тоже сесть. Петер оперся бедром на свой стол и ждёт. С минуты на минуту.
Заслышав гул и увидев первые фигуры, вытекающие в кафетерий, Петер навострился. Он оттолкнулся от стола и встал прямо, поймав взглядом фигуру что уже двигался к своему столику. Петер стоял точно на его пути. Морияма хмыкает, брезгливо морщась он хочет обойти этого недотепу, но тот делает ровно тот же шаг в сторону что и японец. Он не даёт ему пройти. Рико поднимает, что это всё не случайность, что Петер не просто решил потявкать снова. Его взгляд точно упёрся на выскочку в попытке испепелить его этим бешеным взглядом. Думает, что тот стушуется и испуганно отступит. Но тот продолжает улыбаться. Молча рука альбиноса потянулась к вороту Мориямы, Петер хотел дернуть его ближе, чтобы тот мог получше смог разглядеть изменения в образе Белого Ворона. Но вот это оказалось ошибкой. Кафетерий заполнился другими участниками команды и один из них не побоялся схватить чужие пальцы, сжав их до хруста. Уже знакомый Петеру Воронёнок. Артур, да. Он схватил его за пальцы, другой рукой перехватил запястья и Рико, что наблюдал всю эту картину даже бровью не повёл.
Цыкнув, Петер перевёл на него взгляд и не страшась, он крепко оттолкнул от себя подозрительного Юманеса, что пусть и отступил, так и продолжил стоять на месте и, если бы Петер снова совершил поползновение в сторону Короля, снова завязал бы с ним перепалку. Ландвисон вздрагивает, когда замечает, наконец, Моро в толпе наблюдателей. Петер видел какими большими глазами на него смотрел Жан, он стоял точно по левое плечо от Мориямы и очевидно не был этому рад.
– И что это значит? – наконец, впервые за эти два года, Рико заговорил с ним сам.
– А то и значит, – хмыкает ирландец. Повязка, что сидела на его лице смялась от улыбки. – Добро пожаловать в Свиту, Петер. Уже готовлюсь принимать поздравления.
– Ты!.. – Жан чуть ли не вырвался вперёд, Кевин удержал его, мол «они сами разберутся».
Хотя, вряд ли это было из волнения о французе. Скорее, не хотел злить Рико, что, обратив внимание на скулу парня, почти зарычал преисполнившись пониманием. Он протянул руку к его лицу. Но не для удара. Вероятнее всего, Петер бы ударил первым.
Край пальца подцепил повязку. Сердце Дже бешено колотилось где-то в глотке от нетерпения. Он уже предвкушал увидеть то лицо Мориямы. Он даже не мог вообразить в какое бешенство впадет Морияма. Но ведь не сможет ничего сделать. Дело сделано, деньги уплачены, и скула увенчана татуировкой. Теперь-то Морияма не сможет игнорировать его. Не сможет проходить мимо своей Свиты не глядя. Теперь-то он и всё Гнездо будут знать, что Петер не просто белая клякса. Он одна из частей рисунка и, если вы её не видите – это лишь ваша ошибка.