Посадка на самолёт прошла ещё быстрее, чем он предположил. Заняв свое место, альбинос уставился в иллюминатор, крепко прижимая к себе сумку со своими пожитками: несколько рубашек с футболками и брюки, пара джинс.
Дже чувствовал, как бешено билось его сердце в предвкушении. Три часа тридцать минут и тогда он встретится с Жаном.
Теперь, он был свободен. Он никому не принадлежал. Ад закончился. В это было трудно поверить, даже если ты надеялся и мечтал об этом последние долгие годы. Петер вздыхает и наблюдает за взлетом. Он пропустил абсолютно весь инструктаж стюардессы, проигнорировал её предложение об обеде и любые к себе обращения старался отвергать, просто отмалчиваясь и говоря очевидное «нет». Его волновал только перелет. И Жан. Он был в Южной Каролине. Он был в безопасности, и Петер должен был в этом убедиться. Его задача, оставить его там, ни смотря ни на что. Он должен увидеть и Натали. Эта девушка, та кто в итоге спасла его. Она спасла его в тот момент, когда этого не смог сделать он.
Натали Рене Уокер спасла его смысл жизни. Он был обязан ей. Был обязан всем.
Несколько часовой перелёт дал Петеру возможность вздремнуть, пусть он и не хотел расслабляться, но организм этого требовал. Его разбудил громкий, но такой милый голос всё той же стюардессы, что оповестила всех о завершении перелета. Она выпроводила пассажиров из самолёта.
Стоило ему оказаться в здании аэропорта, Петер растерялся. Другое место. Последний аэропорт, что он четко помнил – Аэропорт Колумбии перед встречей с отцом.
В его руках замер телефон. Он набрал уже заученный наизусть номер телефона. Приложил к уху гудок за гудком. Тишина.
«Это автоответчик Дэвида Ваймака. Оставьте здесь сообщение и позже я вам перезвоню».
Петер сбросил звонок и двинулся по тротуару, глядя прямо себе под ноги. Пиная вперёд какой-то камень, он пытается осознать: что дальше. Жан где-то здесь. Он у Лисов. Должно быть, было бы, верно, наведаться в Лисью Башню, вытрясти всё из тамошних жителей, а ещё лучше найти Дэя и заставить того отвезти его к Жану. А заодно найти Натали и хотя бы сказать ей спасибо.
Гудение проезжавших мимо машин напоминало о реальности, но никак не возвращало в неё. Петер просто шёл по одной единственной прямой дороге, словно по рельсам. Что его действительно привлекло, так это замигавшая неоновая яркая вывеска. Ландвисон обернулся и оглядел надпись, что говорила о нахождении здесь крупного сувенирного магазинчика.
Сувенирная лавка представляла из себя простое каменное здание с запертой дверью, но большим панорамным окном, что позволяло хорошо разглядеть товар. Петер склонил голову на бок, не сумев побороть в себе это краткое желание повнимательнее рассмотреть широкий ассортимент: флажки и кепки с отпечатками лисьих лап, оранжевые футболки, банданы и олимпийки, и даже разные керамические фигурки, и мягкие игрушки, к тому же плакаты. Но, почему то, его взгляд упал на небольшую мягкую игрушку лисёнка, что была сантиметров двадцать размером и явно очень мягкой. Милый рыжий фетровый лисёнок с узкими черными глазками и вытянутой мордочкой, большими ушками и короткими лапками, с небольшим клетчатым бантиком на шейке. Петер не мог удержаться.
«Он мог бы понравиться Жану?», – невероятно трепетная мысль пронеслась в его голове.
– Извините, мадам, – Петер чуть наклонился к широкому окошку, за которым сидела как оказалось достаточно молодая рыжеволосая девушка. Он исправился, – Мисс.
Она подняла на него добрый взгляд и улыбнулась, убрав назад свои рыжие кудряшки, уставившись в ответ.
– Дайте, пожалуйста, того лисёнка, – он ткнул в ту сторон, где сидела очаровательного вида игрушка. Девушка улыбается и поднявшись движется за товаром, сняв того с витрины, она ставит его на прилавок что-то записывая.