Моро сглотнул, так же взволнованно.
– Я не выйду на поле, потому что теперь у них нет такой силы, чтобы заставить меня, – Петер улыбается и склоняется вперёд, словно хотел поведать Жану какой-то секрет, – Ты больше не с Воронами.
Петер улыбается.
– Мы, больше не Вороны, – Петер снова выпрямился и продолжил кормит упершегося в стену Моро.
– Как ты узнал, где я? – не менее интересный вопрос.
– Когда Норман и Закари вытащили меня из карцера, то сразу отдали мне записку, – Ландвисон жмёт плечами и продолжает пояснения, – Там было написано «позвони сюда, когда сможешь». Как в итоге оказалось это был номер Дэвида Ваймака.
Жан слушает его, впитывает каждое слово, осознавая, что Петер, буквально, говорит о собственном побеге из Эвермора.
– Я не дозвонился ему, но Норман сказал, что тебя нет в Гнезде и в итоге, я подумал, что если мне оставили номер тренера Лисов, вероятно… ты здесь, – он отставил полупустую тарелку, видя что Жан просто не может впихнуть в себя больше, он отдал ему чай и сладкую булку. Жан решил ограничиться чаем, – Тебя вытащили Натали?
– Рене, – поправил Жан, – Да, она… а, Кевин, пытался убедить меня остаться тут.
– Эбигейл сказала мне, – Петер поджал губы, – Ты пытался сбежать.
Жан возмущенно подорвался и отставил чашку.
– А я должен сидеть на месте ровно?! Ты всё ещё был там, – он всплеснул руками, – Я боялся, что больше и правда никогда не увижу тебя! Там, могло случиться, что угодно! Рико мог!..
Жан оборвал сам себя и равно плача выдохнул, сжимаясь. Петер качает головой. Он берет Моро за руку, аккуратно, тянет за собой, спускает на теплый пол. Дже садится на колени напротив друга, поднимает обе руки и укладывает в них лицо француза, видя, как медленно его лицо из злого превращается в страдальческое, рыдающее. Петер ловит себя на мысли, что лучше бы Жан кричал на него.
– Жан, всё хорошо, – он говорит это шёпотом и аккуратно проводит ладонью по разбитому лицу, чувствуя, как в груди нарастает желание уничтожить Рико. Снова, – Я здесь. Целый и невредимый.
Он делает паузу, глядя на то, как разрастается поток чужих слёз.
– Я всегда буду рядом с тобой, – обещает Петер, точнее, напоминает, – Я никогда не брошу тебя, Жан Моро. Клянусь тебе.
***
Петер подорвался с места, как только услышал какой-то топот со стороны прихожей. Это мог бы быть Ваймак, но ведь было слишком много голосов и по топоту Петер насчитал аж три пары ног. Он взглянул на часы. Уже перевалило за обед. Ландвисон движется на звук не в силах сдержать волнение.
– Где Жан? – голос Джостена альбинос услышал отчётливо. Выйдя в коридор, он успевает перебить открывшую рот Эбигейл.
– Он спит, – Петер оглядел принесшуюся компанию и силясь игнорирует те большие глаза, которыми на него смотрела вся компания, словно он только что из-под земли вырос. Первым ожидаемо оправился Миньярд, он растянул ядовитую улыбку и смотрел на него словно на зверушку, что сбежала из зоопарка и пришла ему прямо в руки. Хотя говорить начал Кевин:
– Тебя отпустили?.. – Петер не понял, что больше взбесило его. Слова Дэя или то как он их сказал. Он даже перевел на него взгляд и повторил собственные слова.
– У них больше нет такой силы, чтобы удерживать меня, – Дже перевёл взгляд на Нила и с сомнением оглядел его, – Что тебе нужно от Жана?
– Поговорить, – поясняет Джостен, как-то даже сам успокоившись. Холодный непроникновенный вид Ландвисона напомнил ему события рождественских каникул, – Это важно. Очень.
Он оглядел Джостена, упер взгляд в его голубые вспыхивающие глаза и кивает. Петер двинулся по коридору, по лестнице. Он остановился перед дверью, не поворачиваясь.
– Лишний шаг, слово и…
– И ты выгрызешь нам глотку, да-да, мы помним, – перебил Миньярд и язвительно улыбается, – Открывай.
Петер замер на мгновение, затем всё же стучит и открывает, заходит, впускает посетителей и закрывает дверь за их спинами. Жан заворочался и попытался подняться, услышав громкий звук. Петер подошёл к нему, уложил руку на грудь, давая понять, что всё хорошо. Француз разлепил глаза и оглянулся. Он сонно озирался и почти нахмурился, когда увидел остатки гостей.