Он спрашивал всерьёз и ждал ответа. Юманес осознал это только спустя пару секунду и выдавил нервный кивок.
Рико отшвырнул клюшку в сторону.
Артур сжался от этого резкого движения, а когда Морияма двинулся к нему, попытался отползти назад. Попытка жалкая и бессмысленная. Рико схватил его за лодыжку с такой силой, что едва не треснули кости. Артур тихо заскулил.
– Не рыпайся, – приказал Рико.
Артур зажмурился, приготовившись к новой порции боли. И она пришла, но совсем не так, как можно было ожидать.
Рико выдернул из его колена самый крупный осколок. Повертел в пальцах, как редкую находку, а потом отшвырнул. Поковырялся в ранках и достал ещё один, поменьше.
Артур наблюдал за его действиями огромными глазами, боясь издать лишний звук. Боль была страшной. Колено пекло, как на сковородке, кровь ручьями стекала на ковёр. Казалось, Рико поставил себе цель превратить маленькие порезы в безобразное месиво. Он выбрал все осколки из одной ноги, грубо оттолкнул её, и принялся за другую.
Артур, как и было велено, не смел шевелиться. Кусал запястья, смаргивал слёзы и громко, судорожно дышал. Он не понимал, зачем Рико понадобилась эта процедура. С гораздо большей вероятностью он хотел помучить Артура, нежели помочь ему. Он разворошил колени в кровавое месиво, но вытащил все осколки. Потом вытер руки о живот Юманеса и приказал:
– Поворачивайся.
– Рико, – взмолился Артур.
– Ты когда–нибудь запомнишь, что не надо заставлять меня повторять дважды?
Артур прикусил дрожащие губы, послушно перевернулся и встал на четвереньки. Для этого ему пришлось опереться на израненные колени. Жёсткие волокна ковра впились в открытое мясо, и не сдержал болезненного всхлипа. В ладонях остались осколки, поэтому ему пришлось опуститься на локти.
Артур убеждал себя быть храбрым, но как только Рико вцепился руками в его бёдра, тело само собой затряслось от ужаса. Ожидание сводило с ума сильнее, чем предстоящее унижение.
Рико почему–то не спешил приступать к делу. Прижался к Артуру сзади и потёрся пахом, имитируя трахательное движение. Артура обдало волной стыдного жара. Он содрогнулся всем телом и снова всхлипнул.
– Если не хочешь, чтобы в следующий раз было больно, запихни себе в задницу пробку и ходи с ней, – посоветовал Рико, а потом вдруг схватил его за волосы и потянул на себя, заставив распрямиться. Его губы оказались у самого уха Артура, дыхание обожгло шею и по всему телу Юманеса побежали мурашки. – Тебе повезло, что я слишком брезгливый, и трахать твою грязную задницу без презика мне не улыбается.
Рико поднялся на ноги и прижал Артура лицом к своему паху.
– Давай–ка, работай, если не хочешь дождаться новых зрителей.
Артур поднял на Рико влажный, заискивающий взгляд. На щеке уже расплылся багровый синяк, густые брови жалостливой изломились.
– Меня тошнит от твоего взгляда побитой собаки, – сказал Рико. – Займись делом.
Артур прижал к своей груди болючие руки, осторожно подцепил зубами собачку молнии и расстегнул ширинку. Рико был возбуждён, от него веяло терпким ароматом мужчины и тонкими нотками геля для душа. Всё складывалось не так ужасно. Артур почувствовал искреннюю благодарность за то, что Рико отказался от идеи изнасиловать его прямо посреди общей гостиной.
Натужно сглотнув и облизнув пересохшие губы, Артур взял его в рот и принялся осторожно посасывать. Собственная нагота ужасно сковывала, тупая боль в коленях мешала сосредоточиться, но Артур всё равно старался довести Рико до кульминации, как можно скорее.
Рука Мориямы чуть крепче сжала волосы у него на затылке.
– Ты что, блять, тренировался? – ему пришлось приложить усилия, чтобы голос прозвучал ровно.
Артур зажмурился, не в силах перебороть стыд. Он понимал, что не может заставить себя испытывать должное отвращение к происходящему. Конечно, если бы у него был выбор, он бы предпочёл проделывать всё это в спальне, ночью, за закрытой дверью, но Артур знал, что Рико не умел нормально обращаться с партнёрами и вряд ли вообще понимал, что значит заниматься сексом. Хотя он и сам имел маловато представлений о подобном.
Единственное, что оставалось Артуру, – это подстроиться под искажённое восприятие капитана и научиться, по возможности, доставлять ему удовольствие. Артур мог подарить ему желанную разрядку, при этом не подвергая риску жизни обитателей Гнезда, и свою в том числе.