– Ладно тебе, Артур. Я же шучу!
Юманес замер лишь когда ощутил как чужие пальцы впились в его локоть.
– Отпусти, – предупредил парень, оглянулся на Монсарда. Адам же послушно убрал руку, подняв обе рядом с собой, показывая абсолютную чистоту своих намерений. – Чего надо? Где Джонатан? Вроде же вы с ним эта святая троица.
– Джон в лазарете. – парень устало потёр шею и упер другую руку в бок. – А я вот. Извиниться хотел. Оба. Да Кэр?
Парень кивнул. Артур повернулся к ним полностью, с каким–то раздраженным холодом и сомнением оглядел эту парочку.
– Извиниться, да? Чего извиняться, если мозгов после этого не прибавится, – парень отмахнулся и отвернулся. – Не держу я на вас зла. Биться в истерике из–за таких тупоголовых идиотов вроде вас – нервы на ветер. Будто от вас можно было ожидать чего–то иного. Не льстите себе.
– Сама доброта, – подал голос Кэррол, «благодаря» Юманеса заместо друга. Скорее издёвка.
Артур уже сделал несколько шагов в направлении своей комнаты. Нужно забрать книгу и отнести в библиотеку, ещё и к тренировке подготовиться и к предстоящим завтрашним занятиями в аудитории. Целая куча дел и его отвлекают таким бредом.
Извинения. Ага, как же.
– Перед собачонкой извиняетесь, – ещё один голос, что прокатился по коридору огорошил Юманеса. Парень тщетно хочет вспомнить, кому принадлежит этот тон и голос, но в итоге британец пришел к тому, что вряд ли знает этого Ворона. Значит и нечего слова тратить. – Я был о вас лучшего мнения.
Артур не взглянул на парня, что пытался загородить ему проход. Высокий парень, будто есть кто–то «ниже» Артура. Вероятно ростом ближе к Петеру. Темноволосый, с блестящими карими глазами. Там плескалось закипающее раздражение неясной природы.
Нет. Он ему точно не знаком.
Артур просто огибает его.
– А что, скулишь только когда за ушком чешут? – раздраженно бросает парень.
– Эй–Эй, Мейсон, – окликнул Адам, кажется, своего знакомого. – Слушай, помолчи. У них скоро тренировка. Шагай отсюда. Все равно ничего не добьешься.
– Вам надо – вы шагайте, хоть на все четыре стороны, – наморщился Мейсон и схватил Артура за плечо, сжав его до скрипа зубов. Британец рвано вдохнул. Больно, но не больнее разбитого лица или головы. – Эй, сучка, где тебя почесать, чтобы ты потек? Спросить у Рико или у тренера?
– Мейсон, – снова пытается образумить товарища Адам. – Оставь его в покое.
Воспоминания о полу–вскрытой глотке товарища и окровавленный осколок в руках Мориямы были ещё совсем свежими в памяти Адама и Кэррола. Да и Джонатана просиживающий сейчас в лазарете – точно тоже.
– К вам тоже уже подлизался. Ну да, длинный язык, ловко всем зад вылижет, – Артур слышит, что злоба в голосе этого парня копилась не только этот день. Неудобно решил высказаться. На самом деле, подобные выражения всегда неудобные. Всегда не к месту. Особенно, когда ты Артур Юманес, который и без того с болью воспринимает каждое слово и чувствуешь как от подобной мерзости чувство обиды расползается по всей груди. Парень сглотнул колючий мерзкий ком. – Может мне тоже поможешь? Негоже пропускать. Рико как тебя дрессировал? Судя по всему хреново.
– М–Мейс… – Адам отупела оглянулся. Точно предчувствует убийственный накал протекающей в обманчиво спокойную атмосферу.
– Мейсон, – оглянувшись на парня, Юманес делает шаг к новому знакомому, успев вырывать плечо из хватки. Множество титанических усилий пришлось приложить, чтобы тон звучал так как нужно. Чтобы не дрожал. – У тебя всегда такой мощный спермотоксикоз, что ты сначала пытаешься узнать кто как делает рамминг, прежде чем познакомиться? Ну или сегодня просто особенно тяжёлый день?
– А слова какие знаешь. Точно не одно очко вылизал, – Мейсон толкнул британца к стене и сжал ворот серой рубашки. – Ненавижу, таких как ты, блять. За внимание любую дрянь сотворите. В «любимчики» всем набился. Жополиз ебаный.
Артур смотрит прямо в глаза игрока и сунув руки в карманы, упёрся плечами в стену, словно бы изначально все так им и было задумано. Взгляд Артура был тем же неизменно спокойным, холодным, раздраженным. Мейсон тоже не был в восторге от такого взгляда, раздражение парня росло в геометрической прогрессии.