Лена остановилась и совиными глазами уставилась на Кружка:
— А толку? Меня она даже слушать не станет.
— Я помогу. Мы.. Ну, я и она, мы это, того… Ну вот, короче.
— Убедительно. Ладно, если ты предлагаешь…
Они подошли к учительскому столу, около которого уже заканчивала объяснять что–то женщина, так не взлюбившая Лену, и Кружок решительно сказал:
— Лидия Карловна! — та медленно повернула голову в его сторону, — Изви… ните, п-пожалуйста. Просто, мне кажется…
— Вам плохо, Магура? — глянула из–под очков Лидия Карловна.
— Н-нет. В общем, мне кажется, по–моему, вроде… Лена заслужила зачет.
Преподаватель бесстрастно и холодно бурила Кружка взглядом, а потом решила побурить и Лену.
— Ну, она же все выучила… — пытался студент.
— Раз выучила, значит контрольную без проблем напишет.
— Нет, ну нельзя же так, вы даже… — праведный гнев было нахлынул на Кружка, но волна разбилась о стену страха, прятавшую его. — … Ладно, извините, мы пойдем.
Кружок вышел из аудитории под хохот Санни, а за ним и Лена.
— Нет, ну она та еще стерва! — хмуро сказал Кружок.
Лена шла рядом и, улыбаясь, дотронулась указательным пальцем до его мизинца.
— Спасибо, — сказала она, — ничего страшного, контрольную я напишу.
— Ладно, но просто так нельзя, она не может оценивать по личному отношению…
— Ну, она хороший учитель. Да, недолюбливает меня, но ведь это только стимулирует. Не волнуйся… А тебя правда зовут Кружок?
— Да, правда… Долгая история.
Они некоторое время шли молча.
— Ты пойдешь в столовую? — спросила Лена.
— Нет, я не голоден.
— Ну, ладно, а я схожу перекушу. Спасибо еще раз. — Лена растворилась в толпе.
Санни все это время шла рядом:
— Мне никогда не надоест смотреть, как ты позоришься. Даже и говорить тебе ничего не буду, ты и сам все понимаешь. Кроме того, что в столовую она тебя звала не чтобы жрать. Ей тоже нужна компания, она как ты. И недолюбливает ее не толко училка.
— *За что?*
— Не знаю, но меня это заводит.
Кружок засмотрелся на свою воображаемую подругу и врезался в Мудреца Аврелия, который от такого события даже не пошатнулся.
— О чем мечтаешь, сын мой?
— Ох, простите, Мудрец.
— Идем со мной. Я, молодой Магура, долго думал над вашим возвращением…
— Кажется, у тебя проблемы, Кружик. — прошептала Санни.
— … И решил, — бесстрастно продолжал Мудрец, — что вам нужно индивидуальное расписание. Я прекрасно понимаю причину вашего возвращения, хоть и не знаю подробностей, юноша, поэтому я вычеркнул некоторые предметы из вашего расписания.
Мудрец достал сверток, Кружок почувствовал, как по его телу бегут мурашки, давая осознать, что этот день становится все хуже.
— Вот, здесь я убрал все предметы, которые могут научить вас хоть сколько–нибудь опасным для жизни приемам. Вы талантливый ученик, юный Магура, но я не хочу, чтобы из вас получился второй Рози "Хилер". Вы, надеюсь, помните, какая участь его настигла за преступления заповедей?
— Да, Мудрец, — Кружок хотел провалиться сквозь землю.
— Изучайте расписание. Там есть несколько новых дисциплин, вам понравится. Особенно Основы Гуманизма. Не делайте ошибок, сын мой.
Мудрец удалился, а Кружок замер со свертком в руках. По Санни тоже не было видно, что она в восторге от произошедшего.
Кружок сидел на кровати в своей комнате, играясь с какой–то бумажкой. Санни сидела за столом и что–то читала. Напротив Кружка находилась до безобразия раскуроченная кровать его соседа, на которой возвышался белоснежный одеяльный горный хребет, с вершин которого бесформенное белье реками тянулось к руинам древнего города, состоявшим из канцелярских принадлежностей. Заглянув в эти руины, можно с достоверной вероятностью не только разжиться едой, но и найти признаки жизни в виде шустро шныряющих туда–сюда овальных силуэтов.
Хозяина всего этого безобразия Кружок не видел ни разу с момента заселения, но это его только радовало. Одиночество, по его мнению, это то, чего ему ни в коем случае нельзя лишаться. Санни, естественно, считала иначе.
— Ты не видела моего соседа? — вслух обратился юноша к своей тульпе.
— Нет, даже я не могу знать где он, — ответила она, не отрываясь от книжки. — Если интересно, поищи в кабаках или вытрезвителе. Наверняка он все никак не может смириться с таинством посвящения.
— Да нужен он мне, — Кружок завалился на кровать.
— А как ты сам вообще не спился после таинства в свое время? — Санни оторвалась от книги. — Ты же такой слабак!
— Ты знаешь.