-- Но это так не работает!
-- Не вынуждай меня делать тебе неприятный комплимент.
-- Я не этого добиваюсь, нет, вы же понимаете…
-- Сама напросилась. Мы все понимаем, что ты тут, пожалуй, единственный разумный человек, который понимает что к чему и чем чревато, ты одна осознаешь что на самом деле происхоит и адекватно оцениваешь риски. Это очень здорово, но такой подход больше не работает. Торговля -- безумная штука для полоумных людей, которые не способны заниматься всем остальным. В этом деле все формируется стихийно и если и направляется, то только подсознательно. Светлая голова, конечно, в этом деле тоже полезна, но если ты будешь стоять на пути… Либо ты с нами СО ВСЕМИ, либо одна. Как раньше уже не будет. Как минимум потому что за окном маршируют танки, а на границе завелся полтергейст–людоед–казнокрад, искажающий пространство.
-- Уж извините, но вы мне не начальник, чтобы ставить такие условия. Свою позицию я не поменяю.
-- Вы правы, я не начальник. Но я ни к чему тебя и не принуждаю, я только лишь предупреждаю и даже слегка прошу. Наш конгломерат только–только начал становиться таким уютным…
-- Я бы сейчас отбила вашу подачу, или, лучше сказать, провела бы изящный гамбит, да только жертвовать мне не чем, отступать не куда. Я прекрасно понимаю, что и Серафима на вашей стороне, так что у меня в этой партии полный
цугцванг… Но знайте, я приложу все усилия чтобы цугцванг этот стал взаимным.
-- Я бы сказал, что эти шахматные фигурки становятся горячими, — подыграл Гарольд, — но когда они наконец остынут, и мы оба обнаружим, что никих цугцвангов не было, вы, я гарантирую, получите грубейший цейтнот, который раз и навсегда все прояснит.
-- Тогда я, скорее всего, просто огрею вас шахматной доской по голове, — Кира понизила тон.
-- Даже зная это, я не стану надевать шлем. Чисто из вредности, — игриво ответил Гарольд.
-- Это будет опрометчиво.
-- Змея.
-- Примат.
-- Гарпия.
-- Паразит.
-- С…
Тут Сима вышла из своего кабинета.
-- …Сима! — договорил Гарольд. — Ты–то мне и нужна. Ты ведь никуда не торопишься?
-- О, привет. Как раз собиралсь спуститься к вам, а что…
-- Тогда давай лучше обсудим все у тебя в кабинете, там хоть освещение нормальное и котелок лучше варит.
-- Хорошо, заходи, — Сима пропустила Гарольда и обратилась к Кире, — все нормально?
-- Да, все хорошо, спасибо, — быстро ответила Кира, уткнувшись в бумаги.
Сима кивнула и вернулась в кабинет, закрыв за собой дверь. На лице ее читалась явная озадаченность.
-- Ну как тебе Кира? — спросила она.
-- Знаешь, интересная дамочка, да и за словом в карман не полезет. Строптивая, но в юношестве я только на таких и западал. Слушай, а какая у нее фамилия?
-- Ретч. Кира Ретч, хотя у нее на родине, вроде, говорят Вретч. Не особо разбираюсь в этих лингвистических тонкостях.
-- Все, в общем–то, мне ясно, — Гарольд ехидно улыбнулся.
-- Что такого? — не поняла Сима.
-- Совсем ничего. Симпатичный у тебя свитер.
-- Спасибо, но симпатично на него только смотреть. О нем можно здорово поменять мнение, разок надев.
-- О, так у тебя под ним ничего нет?
-- Что? Нет, стой… Нет!
-- Да ладно тебе, нет повода беспокоиться. Он ведь не просвечивает… Почти, — Гарольд немного полюбовался щамешательством Симы, а затем продолжил. — Пожалуй, и мне уже пора променять жилетку на джемпер, хотя я все еще не уверен, будет ли он так же подчеркивать убедительность моей профессиональной позиции.
-- Джемпер это, конечно, здорово, но сли ты хочешь выглядеть, как бы это, репрезентативно…
-- Ого.
-- Ага. Так вот, тебе следует совершить перемены куда более серьезные. Видишь ли, есть определенные уровни имиджа, всего их четыре…
-- О нет.
-- …И ниже по уровню авторитетности, чем твой, только уровень полуночного пьяницы, вышедшего за очередной парой банок пива…
-- Я уже начинаю плакать.
-- А четвертый, самый авторитетный уровень -- это то, как я была одета когда ты в первый раз пришел сюда…
-- Но я не хочу надевать юбку.
-- Главное -- пиджак и все остальное, что к нему прилагается.
-- Косюмы делают меня дистрофичным и похожим на жирафа.
-- Ты никогда не заказывал костюм под себя?
-- Нет, а это законно?
-- Пресвятая кисточка, ты серьезно? И ты правда считаешь, что сможешь вести дела без костюма? Теперь понятно почему Кира так беспокоится.
-- Не увернн, что за последние пятнадцать лет кому–либо удавалось пристыдить меня так сильно, я бы даже похлопал…