-- Я читала, что их окрас помогает им сливаться с корой и ветками деревьев, так что… Мы по–прежнему не знаем их назначения.
-- Значит, они просто существуют чтобы быть милыми и добродушными, проявляя своим видом в людях лучшие гуманистические качества. Звучит законно.
-- Да, и не только довольно законно, но даже лучше, чем та теория, которую мы имели пару секунд назад.
-- Просто чтобы прояснить: пару секунд назад у нас вообще не было теории, да?
-- Верно.
К небольшому бутику частного портного на краю города наконец подъехал грузовик, из которого вышел Гарольд, накидывая шапку–ушанку и Сима.
-- Что это у тебя на голове? — сказала Сима. — Мы вроде только начали бороться с твоими модными девиациями, а ты уже все к черту испортил!
-- Будь она у тебя на голове, ты бы поменяла мнение. Я же вижу этот завистливый блеск в твоих непонятного цвета глазах. Только для мужчин! — Гарольд похлопал себя по шапке.
-- Да ладно, зато ты в жизни не испытаешь блаженства ношения чулок, мхм.
-- Все идет к тому, что мы разнесем всю лавку, если продолжим эту беседу и внутри, — он услужливо открывал перед Симой дверь.
-- Спасибо.
-- Ты ведь поняла, что это был ироничный пассивно–агрессивный жест?
Улыбающаяся пара вошла в бутик, обстановка в котором была слека округлой. Стол, манекены и витрины в этом откровенно хреново освещенном помещении были высавлены в круг. Сам портной сидел за круглым столом с закругленными бортами, таким же был и его стул; манекены были тщательно отполированны и также не содержали в себе ни одного уголка; даже витрины были закруглены и представляли собой цилиндр с вырезанной секцией под бижутерию и носки. Пожалуй, во всем помещении нельзя было найти ни одного острого уголочка, кроме тех, которые представляли собой плечи фантасмагоричных и не очень пиджаков. Портной сухим стариком, круглая голова которого не подавала ни единого намека на оволосение. Вокруг глаз были красные потертости, ниже -- мешки от недосыпа. Увидев посетителей, он вынул из стакана вставную челюсть, резво поместил ее куда следует и поприветствовал их.
-- Ох, здрасте, — ответила Сима, — а где Вито?
-- Парень приболел,
-- добродушно отвечал старик, — нынче я вместо него. Только не спешите уходить. Я понимаю, что постоянные посетители привыкли именно к его работе, но я не думаю, что она отличается от моей намного. Вито мой, кхе, ученик.
-- Правда? Ох, приятно познакомиться, я Серафима, — она протянула ему руку, но тот не отреагировал, только потянулся за очками: тоже, кстати, круглыми. — А это Гарольд…
-- Добрый день, — оружейный барон рассматривал кожаные перчатки.
-- И, в общем, ему нужен костюм. Один из тех, которые обычно носят люди, у которых есть хотя бы представление о чувстве собственного достоинства.
-- Без проблем. Двойку или тройку? — портной потянулся за рулеткой.
-- Гуся? — окликнула Сима спутника.
-- А есть разница? Это типа количество рукавов? И это у меня модные девиации? — он все еще не мог оторвать глаз от ассортимента перчаток.
-- Давайте двойку, — заказала Сима.
-- Двойку, так двойку, Гарольд! Идемте, я вас замерю. Только без пальто.
-- Да хоть без носков, только штаны с меня не стягивайте, — подходя к портному, он провожал взглядом витрину, — а то я стеснительный.
-- Двубортный или однобортный, — старик делал замеры, — а цвет?
-- Про борта я что–то слышал, и, вроде если у тебя один борток, то ты точно пидорок, или типа того. Я не имею ничего против этих ребят, но давайте все же в два борта. А цвет… Как насчет индиго?
-- Я бы не рекомендовал вам такие темные цвета, — портной прервал замеры и со всей серьезностью посмотрел Гарольду в глаза вызывая мысли о том, что если он продолжит глядеть в том же духе, то у него явно лопнут очки.
-- Почему это?
-- Темные цвета привлекают паноптикум, — сам портной, следует отметить, носил белую рубашку и бежевые брюки.
-- Паноптикум?
-- Зло. Я не стану шить зло.
-- Извините, конечно, сколько я не носил темные вещи, никаких вурдалаков за мной в жизни не бегало.
-- Они были мелкие, ефемерные. Вы думаете, я просто сумасшедший старик? Я уж и сам начинаю так считать, но эти круги под глазами у меня не просто так. Теперь паноптикум стал более явным. Это, не знаю, похоже из–за областной границы…
-- Да, я слышал об этом.
-- Поздравляю, сынок, теперь у тебя все шансы подготовиться…
-- Я только слышал; еще не значит, что верю.
-- О чем это вы? — озадаченно осведомилась Серафима.
-- Мужские штучки, — отговорился Гарольд, — хотя мне правда нравится затея с яркими цветами, желтый или салатовый сможете?
-- Конечно, — Старик довольно улыбнулся.
-- О, давай желтый! — Симе затея понравилась.