Бартоломью либо набирал своих, либо держал их на чём-то. Та же Магда никогда не пойдёт против Бартоломью. Она его вообще за божество принимает! Но если искать союзников не в Дознании? А где? В Канцелярии? То же Дознание, только бесполезное и несведущее. В Служении? Ну да, конечно, миролюбивые служители бросятся противостоять Бартоломью. Особенно тогда, когда он заикнётся о том, что хочет возвысить Город Святого Престола!
А если в самом Городе? Горожане? Нет, отпадают. Горожане – ресурс ненадёжный. Знать? Да их полтора человека на Город и то. Они первыми увидят смысл всего, увидят и положительную сторону – собственные богатства!
Рассуждая так, Филиппо шёл привычными коридорами. Если кто и встречался ему по пути, то никогда не догадался бы о том, какие мысли и тревоги сейчас беснуются в глубине его души. Филиппо хорошо держал лицо, ничто не выдавало в нём никакого беспокойства, заподозрить что-нибудь неладное не смог бы даже Бартоломью.
Это было привычным состояние для такого дознавателя как Филиппо. Разве что степень этого состояния была другой – раньше он мог рассчитывать, по крайней мере, на вмешательство того же Бартоломью. А сейчас? Сейчас даже Володыка не просто бессилен, но потенциально опасен и даже вреден.
Пока Филиппо шествовал по знакомым коридорам, возвращаясь в свою привычную жизнь, хотя бы для внешнего приличия, Магда стояла у окна. В самом этом стоянии не было ничего необычного на первый взгляд, но если приглядеться, то легко можно было заметить, что Магда в крайне дурном расположении духа.
Это тоже не было редкостью, но опять же – степень! Это было не простое недосыпание, или раздражение на какого-нибудь Мартина или что-то такое же рядовое, незначительное, привычное. Это была настоящая буря, которая ходила внутри души Магды и травила её.
Она пыталась понять.
Накануне Магда рассказала Бартоломью всё то, что всё-таки открыл ей Габриэль. Она ожидала шока, ведь Володыка ищет связей с Красными Плащами! Более того – налаживая с ними связи, он выдаёт им артефакты из хранилища!
Она ожидала шока, но ещё больше, если сказать честно, ожидала благодарности. Фразы, что она, Магда – большая молодец, раз стала обладателем столь ценной информации.
Но Бартоломью не впал в состояние шока. Он почему-то криво усмехнулся, словно сбылись какие-то его опасения или жизнь подшутила над ним. Понять эту усмешку Магда не могла. Откуда ей было знать, что Бартоломью и сам сводит дружбу с Чёрными Крестами, и также, как Володыка выдавал артефакты Красным Плащам, выдавал книги и свитки врагам Города? Да, Чёрные Кресты были врагами. А Плащи были всего-то блаженками.
Но не оценить иронию судьбы Бартоломью не мог. Оттуда и явилась эта усмешка.
– Вы не удивлены? – решилась она спросить, ощутив уязвление.
– Почему же? Я удивлён, – заверил Бартоломью и поспешил объясниться: – если это правда. Габриэль, как и все служители, а особенно настоятели, слегка…мнительные. Они и нас-то держат за чудовищ. Не удивлюсь, если между собою они считают, что наши руки по локоть в крови. А ведь это не так?
Магда кивнула:
– Нет, не так!
– В худшем случае, по запястье! – развеселился Бартоломью, но веселье давалось ему с трудом. Это было удивительное обстоятельство, осложнявшее дело, или же наоборот – упрощавшее его? Бартоломью пока не мог сказать точно, но если Магда всё-таки права, если Габриэль не солгал ей, то получалась очень любопытная история.
У Володыки есть свои интересы! Нет, это неудивительно, конечно. Володыка может действовать и втайне, если это в интересах Города Святого Престола. Но одного Бартоломью не мог взять в толк – почему Плащи? Были бы это Серые или кто-то из Крестов, Бартоломью бы понял, но так? Плащи? Да кто может быть бесполезнее, чем эти блаженки?
Сам Бартоломью видел два варианта: либо это просто проявление жалости и попытка привести отступников к единству с Городом, либо… блаженки не такие уж и блаженные.
– Габриэль уверен в том, что это правда! – Магда, не знавшая ничего о его мыслях, всколыхнулась, ей показалось, что Бартоломью недостаточно оценивает её вклад. Она старалась, выпытывала всё у Габриэля, а он…
– Габриэль может быть в этом уверен, но нам слова настоятеля, Магда, всего лишь слова. Однако, ты правильно сделала, рассказав мне, – Бартоломью легко преломил её возмущение и тревогу, заговорив спокойно и взглянув с лаской. Она растаяла тотчас. – Может быть, ты и открыла то, что я бы упустил. Может быть даже хорошо, что Габриэль был так откровенен с тобой…