Володыка даже едва заметно улыбнулся. Он помнил, как и сам был мальчишкой, и как ему нравилось читать про древнее общение без слов служителей Города, когда нельзя было сказать на приёме всего, когда на поклон к Володыке Престола шли короли и императоры, и не ведали, что решения принимаются через едва заметные и будто случайные жесты, что прямо у них на глазах происходят совещания…
Это время ушло давно. Сейчас все говорят словами. А Бартоломью ещё помнит традиции! Приятно!
Может он и не так плох?
– Так что было дальше? – спросил Бартоломью, перехватывая внимание виконта и отвлекая его до поры от вопроса про имя гостя.
Дальше история оказалась проста. Виконт Лоран получил ещё два предложения о перераспределении будущих капиталов, и каждое предложение с негодованием отверг. Во всяком случае, он утверждал именно это.
Ну и после того, как предложения были отвергнуты, Чёрный Крест решил, видимо, что оставлять такого важного свидетеля их весьма определённых предложений, опасно. И виконт с удивлением обнаружил, что его собственная служанка попыталась его отравить. Весьма неумело и вычурно.
– И с чего вы взяли, что Чёрный Крест причастен к этому? – Бартоломью не сдержался от смешка. – Может быть, у этой девушки были на то личные причины? Может вы её как-то обидели?
Лоран вспыхнул негодованием. Он явственно ощутил, что все его страхи не имеют для Города Святого Престола никакого видимого значения и тревоги. Подумаешь! Что он для них значил? Всего лишь один из знатных представителей. Ну заинтересовались им из Чёрных, ну отказал он им…
Их это как будто и не тревожило.
– Я не намерен терпеть ваши издевательства! – голос виконта задрожал, пытаясь обрести угасший лоск, – я не позволю насмешничать над собой! Если я вам не угоден, так и скажите, зачем ваши шутки?!
– Мы этого не говорили, – заметил Володыка, – просто желаем прояснить все обстоятельства.
– Обстоятельства такие – меня хотят убить! – виконт не желал прощать обиды и пытался отстоять свою оскорблённую душонку до последнего.
– Мы этого не отрицаем! – успокоил Бартоломью, – виконт, прошу вас, вы, верно, с дороги устали и хотите воды или вина?
– Вина, – буркнул Лоран.
– О вас позаботятся, – пообещал Бартоломью и сделал знак.
Виконта Лорана, недоумевающего и всё ещё обиженного, повели прочь из залы. Бартоломью подождал, когда за ним закроется дверь и сразу высказался:
– История видится мне мутной, но я считаю, что вреда не будет, если, скажем, мы приютим его на пару недель или месяц. Володыка?
Володыка устало потёр виски и покачал головой:
– Я очень не люблю подобные истории. Зачем он прибыл к нам…почему именно к нам?
– Володыка, – это вмешался непрошенной тенью настоятель Габриэль, – вы в порядке?
– Было бы лучше, если бы этот не свалился нам на голову! – признал Володыка.
– Мутью несёт, – согласился Джиованни, настоятель, голоса которого Магда уже давно не слышала и даже вздрогнула, когда он сказал. Она вообще не считала Джиованни за кого-то, достойного внимания. Чудак, старичок, вечно плутает в коридорах, особенно по ночам – то ли плохо спит, то ли уже спятил? Она не интересовалась, зачем?
Кажется, Бартоломью тоже был впечатлён. Тем не менее, он сдержался.
– Ваш ответ, Володыка?
– Делай как знаешь, – раздражённо отозвался Володыка, у него явно болела голова и проблема в виде виконта, которого преследовал Чёрный Крест, не нужна была ему в виде ещё одной новости. Но так случилось, и он не спешил брать на себя ответственность. Да и зачем? Рядом есть Бартоломью, амбиции которого позволяют свалить на него всю тяжесть и любую дурную работу. Пусть копает, пусть ищет, пусть принимает решения, Володыка, если что, с него спросит, с него и ответ возьмёт!
Бартоломью кивнул, принимая такой ответ. Он прекрасно знал, что Володыка уклоняется от прямой ответственности, всё перекладывая на него, но сейчас это Бартоломью подходило, и может быть было гораздо лучше любых иных вариантов.
– Распорядитесь, – сказал Бартоломью, – чтобы для гостя подготовили покои, ванную и хороший ужин. Мы будем гостеприимны. И ещё сообщите виконту, что после ужина я жду его у себя.
Бартоломью прошёл мимо Магды и Филиппо, те последовали за ним на почтительном расстоянии, Верховный был погружён в свои мысли и не сразу их заметил.
– Странно это, – неуверенно протянула Магда, когда Бартоломью обратил на неё внимание, – очень… правда?