– Не ела? – печально поинтересовался Филиппо, – я тебе как-нибудь принесу.
Она поморщилась, видимо, снова ощутив липкость на пальцах, но ничего не сказала. Больше в плаще ничего не было. Не оказалось ничего стоящего и в тех нехитрых вещах, прихваченных Лораном в путь. Либо он был чист, либо таил какие-то секреты не в одежде. Впрочем, и его кошель, набитый монетами, Филиппо ощупал без интереса – золото его не интересовало.
– Глупо всё это было и зря, – ответствовала Магда, когда они закончили с быстрым обыском и перевели дух, чтобы попытаться понять, упустили они что-то или нет? А может оставили следы пребывания? Этого тоже нельзя было допускать, ведь виконт явно поднимет шум, а там уже недолго установить, что за тени шастали в его покоях.
Она была даже рада тому, что они ничего не нашли. Это означало и избавление от лишних проблем, и ещё выводило правоту Бартоломью на передний план – он-то их не посылал на обыск, следовательно, оказался прозорливее, чем они!
И Магде даже хотелось сказать об этом, но в то мгновение, когда она уже собралась сделать это, с торжеством глядя на Филиппо, всё вдруг рухнуло. Магда приготовилась к речи, и даже хлопнула ладонью по стенке старого шкафа, прижившегося в гостевых покоях, но сказать ничего не успела – вдох потонул в предчувствии и в холодке, прошедшем по её руке и шее быстрее, чем осознание. Она не видела, но уже поняла, что стук не такой каким должен быть. Это не дерево. Это пустота.
А Филиппо уже рванул дверцу шкафа. Он тоже услышал, только оказался ловчее и сообразительнее, опытнее. Его пальцы без труда нашли нужный механизм и очень узкая панель отъехала в сторону, сливаясь со стенкой шкафа и не выдававшая себя до той поры ничем, и оставила очень узкий, с дамское зеркальце, разъём, в котором забелела пара листочков.
Филиппо вытащил их бережно, хотя Магда и рванулась к нему с такой решительностью, что это опережение сыграло им на пользу – Магда, не ровен час, от переизбытка чувств, разорвала бы ещё находку!
– Что это? Что? – шептала Магда, вившаяся рядом с Филиппо, пока тот разворачивал первый лист. Лист обнажился быстро и зачернел множеством рисунков, в которых намётанный глаз Филиппо узнал коридоры и даже комнаты самой резиденции. А второй листок, куда более бедный на узорчики хитросплетённых дорог, походил на план самого Города, с подробными точками входа и выхода, малоизвестными даже самим жителям.
Магда побледнела. Она жалела о находке. Конечно, вероятность того, что это принадлежало именно виконту, была мала, но, откровенно говоря, гораздо меньше была вероятность того, что кто-то оставил столь важные карты в тайнике гостевых покоев!
– А вот и не зря, – мрачно сказал Филиппо, крутя в руках листы. Он раздумывал что делать. Сунуть обратно? А если виконт заметит и перепрячет? А если это не его? Оставался маленький шанс на то, что прежде тут обитал шпион, хорошо осведомлённый о Городе, и…
И это было ни разу не лучше.
– Надо показать Бартоломью! – сориентировалась Магда и выдернула листы из его рук. Филиппо попытался схватить края бумаги, но не смог, пальцы хватанули воздух.
– А если он обнаружит пропажу? – спросил Филиппо. – Ещё до того, как мы успеем что-то предпринять? Сами карты не улика. Мы не докажем.
– И что же, – едко поинтересовалась Магда, она была в новом для себя состоянии, и это давало её нервам непривычное возбуждение, – этот виконт будет заявлять, что кто-то залез в его шкаф?
В её словах был резон. В самом деле, допустить, что виконт Лоран, обнаружив пропажу карт, будет ещё возмущаться – мала. Вероятнее, он затаится. Или поедет прочь. А вот оставаться не следовало…
Через две минуты они уже спешили прочь от покоев. Они постарались сделать так, чтобы нельзя было увидеть сразу, что в покоях кто-то проводил обыск, но если виконт Лоран не тот, за кого себя выдаёт, он, конечно, заметит неладное.
Конрад попался по дороге слишком невовремя. Он явно удивился, увидев и Магду, и Филиппо в такой спешке.
– Я могу помочь? – спросил он, обращаясь, вроде к ним двоим, но глядя всё-таки на Филиппо. Да, Магда старше по положению, она Всадник, но привычка слушать тех, кто кажется надёжнее и опытнее – злая привычка. Магда смогла этого не заметить, сейчас ей было неважно куда там посмотрел Конрад, ей было важно скорее добраться до Бартоломью.
Но Филиппо считал иначе. Он явно не был рад встрече с Конрадом, встрече задерживающей, но не стал противиться и вынужденно остановился, а когда услышал вопрос, взглянул на Магду.
Она не сразу поняла его взгляд, и не сразу сообразила, что именно Филиппо сейчас расставляет всё по местам. Просто так, для того, чтобы был порядок.